Доума единственный, кто смог остаться человеком в безумном мире Огненного удара

Доума родился в адском мире, погруженном в холод, который с каждым годом умирал. Его воспитали в Бегемдорге, полностью религиозном городе, созданном, чтобы спасти людей и дать им надежду на будущее, которой уже не было. Верхушка Бегемдорга создала общего врага в виде ведьмы льда, которая специально охладила мир, врага которого легко понять, и вести людей за собой с помощью организованной религии. Каждый, кто был знатью, должен был притворяться, что слышит глас бога, который ведет их к спасению. В мире без образования это работало идеально.

Но сам Бегемдорг был очень далек от идеала. Всех, кто не был жителями Бегемдорга, сгоняли в трудовые лагеря, где мужчины будут работать, пока не сдохнут, а уродливых женщин будут использовать как расходный материал для рождения детей. Красивых женщин и детей будут продавать богачам и разным извращенцам, кто сможет за них заплатить. В Бегемдорге элита могла делать все, что угодно, любые извращения, какие придут им в голову. Одаренных сверхспособностями по типу огня, воды, электричества запрут и будут использовать как батарейки для поддержки города, где они будут бесконечно мучиться, моля о смерти, ведь боль отступит только тогда, когда они умрут.

И живя в таком обществе, Доуму воспитывали, что все это нормально, и это лишь необходимость для возрождения человечества. Доума не был злодеем, он был человеком, живущим ради правосудия, желавшим лично учить людей, но неправильное образование сделало из него монстра. Искренне веря в эту ложь, Доума своим даром бесконечного пламени сжигал множество людей. И с этим правосудием Доума сжег деревню главного героя Агни, так как они из необходимости поедали человеческую плоть.

Доума каждое утро и каждый вечер молился богу Бегемдорга и смотрел божественные откровения, как Бог Бегемдорга сжигает демонов ада своим святым пламенем. Это зажигало в нем огонь продолжать борьбу во спасение людей. Но в один день, среди завоеванных трофеев, он нашел то, что полностью разрушило его мировоззрение. Божественные откровения бога оказались лишь фильмом, а тот бог, которому он молился каждый день, оказался лишь актером, и, веря в его игру, он сжигал множество людей. Это полностью сломало Доуму: узнав о фильме, он понял, что вся религиозная мишура была создана для промывки мозгов и контроля масс. Узнав обо всем этом, он больше не мог находиться в Бегемдорге.

После всего этого, из-за чувства вины, он хотел убить себя, но вспомнил о 17 детях, живущих в Бегемдорге, которые такие же, как он: ничего не знающие и слепо всему верящие. Из-за них он оставил себя в живых и поставил себе цель спасти их от пропаганды Бегемдорга, сохранив в них человечность, которая еще не успела превратиться в монстров. Сбежав из города, Доума поселился в небольшом домике, защищая и обучая детей.

Уже после осознания своего зла, встретив Агни, того, кого когда-то сжег, он начал искренне раскаиваться и молить о прощении. Все, что осталось от его чувств, это вина, и он был готов искупить ее чем угодно, кроме смерти. Из-за детей он больше не мог умереть.

Встретив Агни во второй раз, Агни решает поговорить с Доумой, уже наконец решая, что делать со своей местью. Доума объяснил Агни, что главной проблемой этого мира является не холод и голод, а отсутствие должного образования. Без знаний люди лишены воображения и не могут представить иного пути развития, кроме того, что им навязано. И именно отсутствие должного образования порождает ложное чувство справедливости, из-за которого он, как и Агни, творили ужасные зверства. Доума назвал Агни жертвой обстоятельств и его необразованного чувства справедливости, и именно его необразованное чувство справедливости разрушило Бегемдорг, ведь после его разрушения Агни посещали мысли "Я убил слишком многих", "Я убил даже тех, кто был невиновен" и тому подобные мысли. Но Доума не может винить его, у него нет на это права. Доума считает, что поджег деревню не тот, перед кем Агни сейчас сидит, а прошлый он, который был лишен должного образования. Он не считает сожжение деревни недоразумением. Доума предполагает теорию, что после смерти Агни останется лишь культура каннибализма. Так что после смерти Агни они либо примутся нападать на другие деревни, чтобы есть их плоть, либо начнут пожирать друг друга. Он признает, что сжег деревню осознанно, исходя из той логики, которой его научили уничтожать демонов, которыми он считал каннибалов. Тогда это казалось единственно возможным решением. Мир делился на спасителей и чудовищ, и он просто выбрал сторону, которую ему навязали как правильную. Но сейчас это уже не тот Доума. Он не оправдывает себя и не называет случившееся ошибкой из-за недоразумения. Он понимает, что это был осознанный выбор, сделанный человеком, чье мышление было ограничено узкой системой взглядов. Он действовал по правилам, которые считал абсолютными, не задавая вопросов, откуда эти правила взялись и кому они выгодны. Он не снимает с себя вины, но и не позволяет Агни считать его единственным виновным в разрушении Бегемдорга. Агни тоже действовал из своего понимания справедливости. Его ярость была такой же слепой, какой когда-то была вера Доумы. Разница лишь в том, что один сжигал во имя бога, а другой во имя своей мести.

Закончив беседу, Доума молится о прощении, и выясняются плоды его работы. Дети, с которыми он живет, перестали быть расходным материалом для Бегемдорга. Агни, видя вежливых, образованных и невинных детей, не в состоянии убить Доуму, даже с постоянной адской болью, напоминающей ему о мести.

В общем, Доума прошел через ад, но все равно единственный, кто смог остаться человеком.