Все события мира Берсерк в хронологическом порядке. Часть первая

Видимо, моя статья получилась слишком большой, и серверы DTF не могут ее обработать, иначе я не понимаю, почему постоянно возникают ебучие ошибки. Из-за одной, которую я не смог решить, мне пришлось заново все писать, и это пиздец какая проблема, когда у тебя написаны десятки тысяч слов и загружены тысячи изображений. Поэтому статья, которая должна была быть единым целым, будет разделена на несколько частей.

Это будет не полностью пересказ, там будет мое видение, по типу, структуры мира, истории Святого Престола, Гейзериха, апостола кобры, Вьяльда и прочего.

Это будет моя переделанная статья, выпущенная около сотни дней назад, но с новой информацией, некоторыми иными взглядами и отсутствием ошибок, как речевых, так и орфографических, из-за которых иногда огромные нечитабельные пласты текста становится читать еще тяжелее.

Даже после удаления 83-й главы Идея Зла продолжает существовать в каноне. Однако теперь отсутствует подробное описание ее природы, действий и заявленного абсолютного всемогущества. Таким образом, удаление главы означает не устранение самой концепции Идеи Зла, а лишь устранение ее прямого объяснения.

В удаленной 83-й главе утверждалось, что Идея Зла напрямую создает людей, формируя их природу и закладывая в них необходимые качества. Фактически это означало, что такие персонажи, как Гриффит и Гатс, были не просто рождены случайно, а изначально сформированы ею с нужными чертами, превращаясь тем самым не в самостоятельных личностей, а в инструменты реализации ее воли, которые не способны противостоять ей, поскольку сама их сущность была заранее определена.

Но Миура решил отказаться от концепции полного предопределения человеческой воли высшей сущностью и представить Идею Зла как силу, которая лишь направляет ход событий, а не создает людей с нуля и не контролирует каждую деталь их существования. Она только формирует условия, при которых иной выбор сделать крайне сложно, хотя сам выбор все же остается.

Поток причинности

Человеческая мысль

Иные миры

Астральный мир

Идея Зла

Причины для смерти и страданий

Бехелит

Старый мир Фантазий

Орден Святого Престола

Понятие добра и зла

Неотвратимая участь

Рассвет Империи

Союз Империи

Угасание Империи

Начало скитаний

Бесконечная холодная ночь

Цивилизации: Королевство Мидланд. Империя Тюдор. Герцогство Грант. Морская Держава Иис. Независимый город Вританнис. Кушанская Империя. Королевство Балден. Содружество Рандель. Герцогство Валлатория. Герцогство Морган. Страны Панерии. Государство Лана. Территории Святого Престола.

Пламенный Рыцарь Дракон: Тюрьма. Сердце дракона. Чувства Эдварда и предательство совершаемое Грюнбельдом. Чувства Грюнбельда и предательство совершаемое Эдвардом. Отчаяние.

Золотой Век: Замысел Идеи Зла. Начало пути Гатса. Снег и пламя 1. Переломный момент Гатса. Весеннее цветение. Переломные моменты Каски. Граф. Вьяльд. Встреча Гриффита с Гатсом. Снег и пламя 2. Дружба и семья. Ветер мечей. Носферату Зодд. Мастер меча. Убийца. Ценность. Эльф Голубого неба. Отбытие на фронт. Битва. Каска. Готовые к смерти. Костер мечты. Битва за Долдрей. Триумфальное возвращение. Погребальный костер. Снежная ночь. Расставание на рассвете. Рыцарь Череп. Начало вечной ночи. Сокол со сломанными крыльями. Гибель мечты. Снег и пламя 3. Водопад. Свет угасающего солнца. Турнир. Беглецы. Товарищи по оружию. Признание. Раны. Искры на кончике меча. Проникновение в Виндхейм. Канун торжества. Воссоединение в бездне. Пробивая путь. Бакирака. Дьявольские псы. Сердце в доспехах. Крылатый. И вновь бессмертный. Воины сумерек. Мальчишка из переулка. Затмение. Обещанное время. Пришествие. Нечеловеческая орда. Замок. Прощание. Пиршество. Ураган смерти. Бог бездны. Кровь - источник всего живого. Движение плода. Рождение. Побег. Спасение. Мертвое солнце. Пробуждение в кошмаре. Клятва возмездия. Дитя демон. Оружие. Тот, кто ведет охоту на драконов.

До появления всего существовал лишь абсолютный хаос, в котором отсутствовали любые структуры, логика, закономерности, пространство, время и причинно-следственные связи. Все события происходили совершенно случайно, ни от чего не завися и ничего не оставляя после себя.

Также, в этом хаосе появлялись события, которые могли оставлять после себя слабый остаточный след. Иногда одинаковые события возникали повторно и наслаивались друг на друга, усиливая собственную устойчивость и формируя более стабильные комбинации, способные сохраняться дольше остальных проявлений хаоса. Эти комбинации продолжали существовать, потому что их наложение укрепляло друг друга. Со временем такие комбинации возникали и исчезали, однако те из них, которые продолжали усиливаться, становились основой первых закономерностей.

Из этих закрепленных комбинаций возник закон причинности: прошлое начало формировать будущее, все прошлые события вытекали из предыдущих событий, тем самым образуя непрерывный поток причинно-следственных цепочек. Хаос никуда не исчез, но он продолжал существовать уже вне этого потока, как отдельная область.

Через закономерности, возникшие внутри потока причинности, начали формироваться устойчивые структуры взаимодействия событий. Эти структуры постепенно закреплялись и становились основой для появления фундаментальных свойств реальности, таких как пространство, время, движение и взаимодействие материи, что в дальнейшем проявилось как законы физического мира.

Поток причинности стал каркасом устройства реальности, определяя рамки существования мира и возможные направления развития событий. Он задает ограничения взаимодействия материи, последовательность временных процессов и условия, внутри которых могут действовать живые существа. Например, особенности структуры материального тела не позволяют человеку летать или дышать огнем. Свобода выбора при этом сохраняется, но существует только в пределах правил, заданных структурой мира, как и в нашей реальности.

Внутри потока причинности заключены все потенциальные линии развития событий. Эти линии представляют собой вероятные направления, возникающие из самой структуры потока и показывающие, как события могут развиваться в зависимости от условий. Например, различные обстоятельства могут вести к разным исходам одного и того же процесса, формируя множество возможных траекторий внутри ограничений потока.

Сам поток не обладает собственной волей или целеполаганием, он лишь задает ограничения, необходимые для поддержания структуры и непрерывности причинно-следственных связей. И таким образом поток причинности поддерживает существование мира, удерживая реальность в рамках устойчивых закономерностей, внутри которых могут развиваться события, не разрушая общую структуру порядка.

С появлением осознанного разума человечества в этот поток начали попадать мысли. Эти новые элементы начали противоречить ему, потому что в них могла отсутствовать причинно-следственная связь. Мысль могла существовать без следствия, не становясь событием. Например, человек мог представить себе летящий город, существ, которые не зависят от законов нашего мира. Например, человек также мог вспоминать прошлое, снова переживать уже произошедшие моменты своей жизни, испытывать сожаление о сделанных или несделанных поступках.

В потоке все имеет начало и конец, каждое событие ведет к следующему, мысли же могут повторяться бесконечно, не приводя ни к чему. Поэтому поток не мог встроить их в уже созданную систему. Но так как мысли родились в потоке, то и имеют они те же самые свойства реального мира, а именно притяжение. Одинаковые или похожие мысли из-за свойств реального мира притягивались друг к другу, тем самым наслаиваясь друг на друга и создавая давление в потоке. И когда такое давление достигло своего пика, например во времена голода, чрезмерных войн, чумы мысли стали тяжелее потока, из-за чего разорвали его, образуя огромную брешь, через которую каждая отдельная мысль человека могла выходить за пределы обычного причинно-следственного порядка и существовать уже вне строгих рамок потока.

Как только человеческие мысли попали за пределы ограниченных рамок причинности, то они начали формировать свою реальность.
Мир Идеи. Место, где существовали эмоции, чувства, желания, концепции и образы, не подчиняющиеся законам физического мира, а подчиняющиеся лишь внутренней логике разума, который их породил. Это место было очень отдалено от реального, потому что не имело чего-то осмысленного, это был первый зачаток Астрального мира.

С осмыслением каких-либо концепций, существ, желаний из Мира Идеи мысли начали вытекать, образуя уже Астральный мир, и его миллиарды слоев. Чем осмысленнее идея, тем ближе она располагалась к структуре реального мира и тем выше становилась ее способность к взаимодействию с ним. В самом верхнем уровне Астрала находятся мысли, которые обрели конкретную форму, эфирную оболочку. В этом уровне находятся такие существа, как: тролли, драконы, феи, гоблины, гарпии. Чем дальше в Астрал, тем более абстрактными, и удаленными от человеческого мира становятся сущности. В нижних слоях формируются идеи, концепции, силы, которые хоть чуть-чуть осмысленны, такие как: Ангелы, Демоны, Языческие Боги, Рай, Ад, которые уже не имеют конкретного эфирного тела, но при взаимодействии способны оказывать влияние на реальность. Чем менее конкретная мысль, тем больше энергии и давления требуется для воплощения ее в реальности. Например, если вера человечества в существование определенных существ становилась искренней и достаточно сильной, такие образы, ранее существовавшие лишь в легендах, могли получать возможность косвенного взаимодействия с реальностью потокa причинности, хотя их существование все еще оставалось производным от силы коллективной мысли.

С появлением человеческих обществ начали формироваться коллективные мысли, культурные образы и общие представления о мире. Вместе с этим пришла и огромная жесткость, страдания, люди начали осознанно ощущать потерю, несправедливость, голод, болезни и войны. Потому что осознание собственной жизни и ее конечности сделало переживания более острыми и значимыми. Люди стремились найти объяснение своим страданиям, несправедливости, смерти и печали, с которыми они сталкивались в жизни. Им были необходимы причины и смыслы, способные придать происходящему хоть какое-то основание и оправдать существование боли в мире.

В момент, когда войны захлестнули весь мир, когда боль была везде и от нее нельзя было спрятаться, человеческий разум искал объяснение происходящему и начал формировать образ силы, способной воплотить все зло и страдания, с которыми они сталкивались. Чтобы все смерти и страдания могли получить причину и смысл, а не быть лишь случайными и бессмысленными событиями. Потому что объяснение сможет хоть чуть-чуть облегчить боль, когда она становится невыносимой.

Именно в этот момент и появилась Идея Зла, образ силы, способной создавать страдания, несправедливость и боль человечества, давая людям причину и мотив для всего, что причиняло им страдания.

Только родившись, этот механизм мог просматривать все отдельные линии развития событий в потоке причинности, видеть каждое бесконечное разветвление и наблюдать потенциальные исходы любой ситуации, существовавшие как возможные направления движения мира внутри структуры потока.

Идея Зла просматривает поток причинности и находит человека, который в большинстве вероятных линий развития оказывается отвергнутым, изолированным или испытывает сильную ненависть к человечеству. Это может быть человек, который чувствует себя чужим, не находит своего места и накапливает внутреннюю боль и озлобленность, что делает его более восприимчивым к влиянию механизма Идеи Зла. И самое главное, Идея Зла ищет человека, который с наибольшей вероятностью способен стать воплощением накопленных страданий и дать выход своим разрушительным эмоциям.

Такому человеку Идея Зла выдает Бехелит, устройство, которое открывает врата в самые глубокие Астральные слои для получения силы в обмен на подношение, эта жертва забирает часть его эмоций в самый критический момент жизни, в который ему предстоит сделать выбор: обрести вторую жизнь, или проиграть миру, который его ненавидит.

Как только Бехелит попадает в физический мир, его судьба начинает переплетаться с судьбой будущего владельца внутри потока причинности. Владелец обязательно найдет его в момент предельного отчаяния. При этом Идея Зла не создает новые линии событий, а лишь направляет уже существующие. Она связывает между собой те варианты развития, которые изначально возможны внутри потока, делая встречу с Бехелитом неизбежной.

Когда происходит момент предельного отчаяния нити, сплетенные судьбой, завязываются в узел, Бехелит открывает воронку. Страдания же раскрывают ее, давая зачерпнуть силу, если ты готов переродиться и сделать подношение, лишающее тебя части эмоций.

Сам Бехелит имеет форму яйца, что символизирует потенциальное перерождение в новое сверхсущество. Одновременно с этим он напоминает форму крови. В момент, когда Бехелит окрашивается кровью владельца, портал открывается, символизируя, что перерождение возможно только через пролитую кровь.

С появлением мифов человеческое воображение стало закреплять отдельные образы и концепции в сознании общества. Эти мифические существа, боги и легендарные герои начали существовать не только как истории, но и как реальные существа. Драконы, Тролли и создания старого мира фантазии могли принимать физическую или полуматериальную форму, если сила веры в них становилась достаточной для того, чтобы они могли взаимодействовать с людьми и окружающим миром.

Пока разрушительные создания старого мира фантазий причиняли людям страдания и уничтожали поселения, человечество начало искать способы защиты. Люди научились погружаться в неглубокие слои Астрального пространства, чтобы черпать оттуда силу и пытаться вступать в договоры с более могущественными сущностями, способными защищать их от опасных проявлений этой стихии. Так возникла практика взаимодействия с астральными духами, позволяющая людям выживать в условиях хаотической природы старого эпохи.

Именно древние мечтатели стали магами, поскольку только они были способны разорвать оковы реального мира и погрузиться в область воображения. Они общались с обитателями духовного мира, заключали соглашения с ангелами, демонами и богами политеизма а также формировали с ними устойчивые пакты. Через эти древние клятвы маги могли призывать силу этих существ.

Однако маги и благосклонные сущности не могли находиться везде одновременно, поэтому жители отдаленных поселений были вынуждены полагаться только на собственные силы. Со временем люди заметили закономерность, согласно которой воображаемые создания иногда воплощаются в реальности. Человечество устало от того, что монстры терроризируют мир, пока защитники не успевают охватить всю землю. В результате появилась идея создать систему для регуляции человеческой веры. Это позволило бы направлять ее так, чтобы минимизировать хаос, и тогда ни один дракон или гарпия больше не сумели бы забрать жизни дорогих и близких людей.

Так и возник Орден Святого Престола.

Но для того чтобы эта система действительно работала, было недостаточно просто сказать, что это правильный путь и не стоит действовать иначе. Необходимо было похоронить старый мир под руинами настоящего. Сжигание идолов, уничтожение текстов, мест поклонения и самих носителей тайных знаний стало частью этой задачи. Ради будущего Орден Святого Престола взял на себя эту грязную работу, бросив вызов прежним божествам. Вместо старых структур Орден дал людям надежду через догмы, в которых разрушительная фантазия больше не причиняла вреда, а направлялась на защиту и порядок. Система ритуалов сдерживала хаотическое воображение, превращая силу веры в инструмент сохранения человечества. Только через подобный контроль можно было поддерживать баланс между реальностью и миром воображения, где религия работала во благо, а не во зло.

Однако спустя многие века, когда все мифические существа остались только на картинках, потомки Ордена начали отходить от первоначальной миссии. Старая цель защиты людей от самих себя сменилась стремлением к абсолютному влиянию. Учения, когда-то созданные для спасения, превратились в инструменты контроля, которые больше не защищали народ, а выжимали последние капли его сил. Для новых лидеров эти догмы стали орудием, позволяющим устранять любого, кто угрожал их авторитету или богатству.

С появлением Ордена Святого Престола сформировалось более четкое понимание рая и ада, спасения и вечного мучения. Именно Святой Престол закрепил эти понятия через свои постулаты и учения. Рай и ад являются проявлением коллективной веры и фантазии. Критерии попадания туда тоже формируются через догмы, которые общество принимает как истину. Иными словами, решения о спасении или мучении зависят не от объективного метафизического закона или существа, решающего судьбы людей, а от системы моральных норм, закрепленных верой большинства. Сейчас подавляющее число людей является верующими, и именно их коллективная убежденность делает концепции рая и ада осязаемыми. Благодаря этому вера в награду и наказание приобретает силу, которая после смерти распределяет души.

Поэтому сейчас любая связь с демонами считается нарушением постулатов Святого Престола, а значит, и нарушением духовного порядка, установленного большинством. Именно поэтому даже жертвы, соприкоснувшиеся с темными силами не по своей воле, попадают в ад наряду с апостолами. Последние убивают, насилуют и творят зверства, о которых страшно говорить, однако сам факт контакта с потусторонним злом воспринимается как преступление против закона, сформированного коллективной верой общества.

Таким образом, в этом мире представления о добре и зле, а также о рае и аде формируются не как абсолютные метафизические истины, а как отражение коллективной веры общества. Орден Святого Престола закрепил систему моральных постулатов, которая определяет духовную судьбу человека, а вера большинства делает эти концепции реальностью. Поэтому духовное спасение или вечное мучение становится следствием не воли внешнего судьи, а работы структуры убеждений, поддерживающей баланс порядка.

Все, кто связан с демонами или нарушил духовные постулаты, попадают в вихрь душ. Эта малая часть ада станет местом их мучений, пока они не сольются с миллиардами других созданий, столь же несчастных и обреченных.

Спустя века, а возможно, даже тысячелетия после основания Ордена Святого Престола родился человек по имени Гейзерих. Выросший за пределами известных земель, он пришел со своей армией на новый континент, разоренный войнами и чумой. Там он изучил новую религию и обрел первого друга, что стало началом формирования его собственного взгляда на мир. Этого друга звали Войд. Вместе с ним Гейзерих подчинил себе десятки наций и создал огромную империю, стабильную и процветающую. Провинции развивались, законы работали, народ жил относительно спокойно, а расширение территорий приносило континенту порядок.

Гейзерих олицетворял силу войны. Он был жестоким и безжалостным, не проявляя ни капли сострадания к врагам, но к союзникам оставался верен и заботлив. Всю свою ярость и жажду битвы он направлял исключительно на противников империи. Ему нравилось убивать, ведь в бою он чувствовал себя по-настоящему живым. Сражение давало ему ощущение превосходства, и через кровь врагов он прокладывал свой путь. Войд же опирался на разум, обдумывая каждый шаг и направляя государство к процветанию. Именно он не давал другу погрязнуть в грехах, пока тот захватывал все больше новых территорий.

В ходе своих завоеваний Войд и Гейзерих смогли подойти к границам Эльфхейма. Это был единственный остров, где все еще обитали мифические существа и который сохранил свою независимость, несмотря на влияние Ордена Святого Престола. У берегов этого края началась кровопролитная война, уносившая множество жизней.

Но оракулы, увидевшие часть причинности этих людей, осознали, что имеют дело не с обычными захватчиками, а с силами, способными изменить ход истории. Они поняли, что вступление в состав новой державы позволит получить доступ к знаниям и обеспечит защиту от иных угроз. Вражда же лишь увеличит вероятность будущего завоевания Эльфхейма, которое неизбежно произойдет спустя время, даже если остров устоит сейчас.

В свою очередь генералы и армия Гейзериха, следуя советам Войда, решили, что завоевание острова не является необходимым. Они осознавали, что такая война не стоит жизни тысяч или даже десятков тысяч солдат, так как это ослабит империю и не принесет ничего взамен.

В силу сложившихся обстоятельств обе стороны решили пойти на компромисс. Однако обиды, полученные во времена войны, не исчезли сразу, и старые раны еще долго оставались в памяти народа даже после установления мирных отношений между империей и Эльфхеймом. В итоге было принято решение скрепить этот договор родством, чтобы усилить взаимное доверие и окончательно прекратить вражду. Император Гейзерих был помолвлен с Жрицей Цветущей Вишни.

Время, проведенное на острове, изменило Гейзериха. Он больше не искал удовлетворения в крови и сражениях, хотя с самого детства за пределами континента его воспитывали как воина. Близость со Жрицей пробудила в нем первую и самую крепкую любовь, в которой он обрел долгожданный покой и новый смысл жизни.

Наблюдая за императором, Жрица увидела в нем не только силу и былую жестокость, но и редкую способность любить. Она поняла, что Гейзерих способен меняться, искренне преодолевая тьму внутри себя.

За это время Войд успел завоевать расположение окружающих, подружившись со Жрицей и ее любимой ученицей Флорой. Эта связь окончательно укрепила доверие между Эльфхеймом и империей Гейзериха, превратив бывших противников в надежных союзников.

Укрепление союза сопровождалось активным обменом знаниями. Эльфхейм передал Гейзериху сведения о природе апостолов и ангелов, а также способы взаимодействия людей с магией. В свою очередь император поделился стратегиями управления армиями и методами защиты обширных территорий. Это позволило Эльфхейму усилить свою оборону и создать более надежную систему безопасности против внешних угроз.

Перед отплытием Гейзериху вручили прощальный подарок. Это были броня и оружие, выкованные лучшим кузнецом острова по имени Ханарр. Императора предупредили, что использовать это снаряжение следует лишь в крайнем случае, когда своими силами уже невозможно справиться с противником. Ведь с такой экипировкой он сможет противостоять даже апостолам.

После возвращения на континент счастье не могло длиться долго. Гейзерих не внял предостережениям Ханарра и начал использовать доспехи и оружие постоянно, несмотря на запрет применять подобную мощь без крайней необходимости. Магическое снаряжение вновь стало частью его пути, неразрывно связанного с войной. Это неумолимо возвращало императора к былой жестокости и той внутренней тьме, от которой он когда-то пытался уйти ради любви.

С каждой новой битвой Гейзерих терял все больше самого себя. Сначала исчезли вкус, свет, голос и тепло. Затем постепенно ушли сон, покой и способность чувствовать радость, пока война и доспех не начали поглощать все, что когда-то делало его человеком. Теперь битва перестала быть средством достижения цели, она превратилась в саму цель.

Он начал развязывать все новые и новые конфликты. Война всегда требовала огромных вложений, ведь армии нуждались в ресурсах, свежих войсках и продовольствии. Чтобы покрыть эти колоссальные расходы, император поднимал налоги все выше и выше. В итоге он начал выжимать из своего народа последние силы, постепенно превращая свободных жителей в рабов.

Чтобы жена не увидела его темную сторону, Гейзерих оставлял ее в столице. Он делал главный город все более величественным для того, чтобы она не знала о происходящем в остальной империи. Столица превращалась в символ процветания, создавая ложное впечатление, будто так живет каждый уголок страны. На самом деле император собирал рабочих со всех провинций, истощая их непосильным трудом ради этой иллюзии. Эти люди были вынуждены существовать в нищете и голоде, поддерживая своим изнурительным трудом внешнее величие, которое предназначалось лишь для чужих глаз.

Войд старался удержать его от окончательного падения в безумие, напоминая о порядке, долге и истинной цене войны. Однако жажда разрушения становилась сильнее, сокрушая те границы, которые Гейзерих когда-то обещал соблюдать. Войду было тяжело наблюдать за тем, с какой легкостью император разрушает созданное ими за долгие годы. Он видел, как друг теряет себя, окончательно подчиняясь жажде крови, которая раз за разом забирала остатки его человечности. Несмотря на глубокую преданность, мудрец понимал, что тьма внутри Гейзериха становится сильнее любых слов. Поэтому он задумал план, способный вернуть Гейзериха к прежнему состоянию и остановить новую волну насилия. Войд решил тайно обратиться к Жрице Цветущей Вишни в надежде, что она вновь сможет повлиять на него так же, как когда-то в Эльфхейме, пробудив в нем остатки милосердия и покоя.

Узнав жестокую правду, Жрица почувствовала невыносимую боль. Она осознала, что Гейзерих вновь выбрал путь войны, отвергнув то спокойствие и ту любовь, которые когда-то связывали их в Эльфхейме. Когда император вернулся из очередного похода, в замке разразился скандал. Жрица обрушила на него все свое разочарование, обвиняя в разрушении мира и предательстве их общего доверия. Со временем ее гнев начал угасать. Она смягчилась, пытаясь достучаться до той части его души, которая когда-то была способна на искренние чувства. Однако этот тяжелый диалог закончился ничем. Гейзерих все еще любил ее, но из-за влияния доспеха он больше не мог выразить свою привязанность, так как человеческие эмоции в нем постепенно угасали.

Узнав о том, что именно Войд стал причиной ссоры, Гейзерих пришел в ярость. Он почувствовал себя преданным единственным человеком, которого считал своим другом. Ослепленный гневом из-за разрушенных отношений, император приказал солдатам схватить Войда и бросить его в темницу. Гейзерих велел стражам подвергнуть пленника самым суровым истязаниям, известным в империи, желая отомстить за нанесенную обиду.

Войду отрезали нос, произвели трепанацию и зашили глаза. Его морили голодом и содрали кожу с лица, обнажив челюсть. Во время этих ужасных пыток Войд терпел боль, не переставая искать способ достучаться до друга. Однако постепенно его начали охватывать отчаяние и холод одиночества. Ему казалось, что доверие между ним и Гейзерихом разрушено окончательно. Он верил, что теперь ему суждено умереть в мокрой холодной темнице, а его народу предстоит страдать из-за его ошибки. Однажды, когда он лежал в камере на пороге смерти, к Войду явился ангел. Это таинственное существо придало ему сил продолжать жить ради грядущего дня возмездия.

Спустя год после начала сурового наказания Гейзерих захотел увидеть своего старого друга и предполагаемого предателя. Когда Войда доставили за стены королевского города, к нему спустились четыре Ангела и предложили сделку. В обмен на самое дорогое в жизни Войда ему обещали даровать силу, способную остановить зверства Гейзериха. Потеряв всякую надежду, мученик согласился. Со словами "Я жертвую" на телах десятков тысяч подданных были вырезаны метки. На их запах явились тысячи Апостолов, которые принялись разрушать и убивать все, что только могли увидеть.

Как только Гейзерих почувствовал жгучую боль в шее, он увидел, как город охватывает огонь. Пламя поднималось над зданиями, по улицам разносился пепел, а апостолы разрушали все вокруг, пожирая каждого встречного под свой безумный смех. Гейзерих сразу же подумал о жене и бросился через пылающие руины к дворцу. Он отчаянно пытался добраться до места, где она могла находиться, надеясь успеть спасти ее от неминуемой смерти.

На пути к цели тысячи апостолов дробили его кости и ребра, нанося глубокие раны. В это время доспехи скрепляли истерзанное тело своими зубцами, выжимая последние капли крови. Он добрался до жены лишь тогда, когда в его теле не осталось ни единой целой кости, а жизнь почти полностью иссякла. Последним, что увидел обессиленный Гейзерих, была смерть жены, после чего и он сам со жгучей ненавистью в сердце скончался.

Обе эти измученные души попали в бесконечный вихрь, который затянул их в бездну сразу после смерти. Теперь они стали частью нескончаемого потока, лишенные покоя, к которому так стремились.

После того ужасного дня Флора осознала, что ее самый близкий друг погиб и его душа оказалась в бездне. Она немедленно отправилась к Ханарру с просьбой выковать особое снаряжение, способное вместить дух Гейзериха и защитить его от бесчисленных легионов злых сущностей. Колдунья подчеркнула, что доспехи должны быть именно эльфийскими. Только их магическая энергия могла уберечь ее друга от вреда, обеспечивая ему безопасность даже среди самых опасных астральных потоков.

Как только Ханарр передал готовое снаряжение, Флора начала ритуал. Она отчаянно пыталась вырвать своего друга из бесконечных мучений в водовороте душ. Ей удалось спасти его до того, как его личность окончательно растворилась бы в бездне, однако это спасение не обошлось без тяжелых последствий.

Из-за того, что Гейзерих слишком долго пробыл в потоке душ, его сущность изменилась навсегда. Он утратил большую часть эмоций, однако жажда мести вбилась в самую сердцевину его души настолько глубоко, что не успела раствориться. Он потерял ярость и почти все остальные чувства. Остались лишь самые сильные из них, а именно тоска по жене и желание отомстить любой ценой. Ему удалось сохранить слабый остаток преданности друзьям, но он был едва ощутим. Гейзерих больше не мог носить прежнее снаряжение, так как не имел ни физического тела, ни ключевого фактора для пробуждения его мощи. Поэтому он отдал старые доспехи Флоре на вечное сохранение.

Флора не смогла спасти Жрицу, потому что вихрь полностью поглотил ее душу. Однако она создала ее подобие, пожертвовав эльфом с острова ради своего друга. Она сделала это, чтобы Гейзерих не был обречен на вечное одиночество и всегда мог найти дорогу домой, где его ждал бы знакомый образ.

Ради спасения друга и создания подобия его любимой Флора черпала силу из дальних астральных слоев, тем самым вмешиваясь в саму причинность. За этот поступок ее изгнали из деревни и навсегда закрыли путь на остров. Вмешательство в сферы, куда смертным вход был запрещен, совет эльфов расценил не как акт милосердия, а как опасное нарушение установленного порядка. Старейшины опасались, что ее действия могут навлечь угрозу на всех жителей. Принесение в жертву эльфа ради создания призрачного образа Жрицы сочли тягчайшим преступлением против духовных законов. Использование жизни разумного существа для подобных целей посчитали разрушением естественного баланса и осквернением того священного спокойствия, которое остров пытался поддерживать веками.

После гибели безумного короля народ постарался уничтожить все, что было с ним связано, а достижения его державы были окончательно забыты или сознательно искажены. В результате Гейзерих остался в истории лишь как мифическая фигура из религиозных преданий. Для будущих поколений он стал образом тирана, а его имя превратилось в символ ужаса и вечного проклятия.

Единственное, что оставил после себя безумный император, это боль и страдания, которые он причинил своему народу. Его наследие превратилось в пепел, оставив в душах людей лишь шрамы от его жестокого правления.

Продолжая странствовать по миру на протяжении сотен лет, Гейзерих уже под именем Рыцаря Черепа истребляет апостолов. Он собирает их бехелиты для создания меча, который будет способен разрезать само пространство. Это оружие необходимо ему для финальной битвы с Войдом и остальными высшими демонами.

Продолжая свое странствие, он встретил Носферату Зодда. Этот апостол жил лишь ради бесконечных сражений с самыми сильными противниками. Именно в битвах Зодд видел смысл своего существования, а чувство балансирования на волоске от смерти заставляло его ощущать себя живым. Рыцарь Череп заметил эту страсть, и Зодд стал для него достойным соперником, с которым он всегда был готов сразиться на равных. В редкие моменты затишья они могли даже говорить о былых временах, ненадолго предаваясь ностальгии.

Спустя сотни лет после падения Империи появилось несколько цивилизаций, а некоторые, возможно, существовали еще до падения Великой Империи. К ним относятся Королевство Мидланд, Тюдорская Империя, Герцогство Грант, Королевство Балден, Княжество Ис, Герцогство Морган, Герцогство Валлатория, содружество Рандель, Кушанская Империя, Страны Панареи и Лана.

После кончины Императора Гейзериха родилась первая династия королевства, которая по преданию восходила к крови самого правителя. Мидланд изначально считался срединной землей континента. Он был окружен холмами и обширными пастбищами, что делало его территорию удобной как для сельского хозяйства, так и для стратегической обороны. Королевство находится в религиозной сфере влияния Святого Престола, обладающего огромным авторитетом на континенте. Монотеизм является государственной религией, и большинство подданных верят в него.

Виндхей является королевской столицей Мидланда и его главным политическим центром. Город застроен аккуратными рядами кирпичных зданий и полностью вымощен булыжником.

Шет представляет собой обнесенный стеной город, расположенный в западном Мидланде. Над его мощными укреплениями высоко в небе развевался флаг королевской семьи.

На юге Мидланда располагается фифдом Лумиас. Эти земли представляют собой открытые холмистые равнины, через которые проходят широкие пыльные дороги.

Точное местоположение этого города осталось неизвестным. Он располагался на открытой равнине, и владел им лорд мэр.

Это был город на возвышенности среди деревьев. Им владел граф, который вел непримиримую борьбу с еретиками по приказу короля.

В приграничном районе Мидланда располагался старый монастырь, который также называли Башней Убеждения. В его окрестностях со временем образовалась деревня из беженцев, спасавшихся от эпидемии чумы.

Орден Белого Тигра являлся одним из рыцарских орденов Мидланда. Эти воины считались вторыми по силе после Рыцарей Белого Дракона.

Эту военную фракцию возглавлял генерал Юлиус, который приходился братом королю Мидланда.

Орден Черных Псов являлся одним из рыцарских орденов Мидланда, который возглавлял бывший заключенный Вьяльд. Считалось, что методы действий этого отряда были настолько жестокими и неконтролируемыми, что даже сам король опасался их. Поэтому рыцарей часто отправляли на самые удаленные и опасные участки фронта, стараясь держать их как можно дальше от королевского двора.

Сейчас Империя Тюдор ведет войну с Герцогством Грант и Мидландом. Война между Тюдором и Мидландом началась еще около ста лет назад, когда войска Тюдора вторглись на территорию Мидланда и захватили крепость Долдрей. С тех пор противостояние между этими государствами продолжается.

Крепость Долдрей долгое время считалась неприступным бастионом на границе Мидланда. Она оставалась под контролем королевства до тех пор, пока войска Тюдорской Империи не захватили ее и не превратили в свой главный опорный пункт на этой территории.

Данная крепость была построена с целью захвата территории герцогства Грант и использования этих земель как плацдарма для дальнейшей переброски войск.

Орден Черного Барана являлся одним из рыцарских орденов Тюдорской Империи. Эти воины славились своей тяжелой латной конницей.

Орден Синего Кита считался одним из самых могущественных рыцарских орденов Тюдорской Империи. Его подразделения славились своей сокрушительной тяжелой кавалерией.

Орден Пурпурного Носорога являлся одним из рыцарских орденов Тюдорской Империи. Это подразделение считалось самой сильной армией в государстве, поэтому именно ему было поручено защищать неприступную крепость Долдрей.

Герцогство Грант представляет собой стратегически важное островное государство северного региона. Оно располагается на одноименном острове и отличается сложным рельефом, где центральную часть занимает вулканическая котловина в окружении высоких гор и моря.

В герцогстве Грант изначально преобладало язычество, которое было тесно связано с природными духами и культами предков. Позже местный правитель начал религиозные реформы и стал постепенно вводить постулаты Святого Престола. Эти изменения проводились мягко, без полного уничтожения старых обрядов. Часть северных культов подверглась переосмыслению и вошла в новую структуру ради укрепления политической стабильности. Однако в отдаленных горных и прибрежных регионах языческие традиции сохранились, что вызывало скрытое напряжение между сторонниками старой веры и приверженцами нового духовного порядка.

Столица Нордкапити расположена внутри вулканической котловины, которую окружают высокие скальные обрывы. Эти природные образования служат естественными стенами, а все узкие горные проходы надежно контролируются гарнизонами. Внутри города, в районе Логова Пламенного Дракона, постройки располагаются террасами. На возвышенностях находятся административные и религиозные здания, а внизу размещаются торговые кварталы и жилые районы.

Морская держава Иис представляет собой островное государство, которое располагается на северной границе. Оно преуспело в кораблестроении и мореплавании. Являясь частью религиозной сферы Святого Престола, это государство мало взаимодействует с другими странами.

Внутри этого государства растет число молодых людей, которые ненавидят изоляционную политику своей страны и устремляют свои взоры в открытое море. Это стремление к переменам создает скрытую угрозу для устоявшегося порядка Святого Престола.

Город Вриттанис был выбран Святым Престолом в качестве главной военно-морской верфи для ведения будущей войны с кушанами. В настоящее время он превратился в огромный перевалочный пункт, где городские улицы переполнены солдатами из разных стран.

Кушанская империя представляет собой крупную державу с верой, которая отлична от догматов Святого Престола, и совершенно иной культурой. Это государство располагается к востоку от Мидланда и отделено от него массивным горным хребтом. Империя широко известна своей уникальной военной тактикой, которая выделяет ее на фоне западных стран.

Нынешним правителем Кушанской империи является император Ганишка. Его крайне жестокие деяния по отношению к народам, чьи владения он захватывает, принесли ему грозное прозвище Ужасающий император.

Королевство Балден представляет собой могущественное государство, которое обладает военной мощью наравне с Тюдорской Империей. Данная страна является важным политическим игроком в регионе и часто выступает в качестве союзника или соперника великих держав.

Содружество Рандель в данный момент представляет собой ссыльную колонию Балдена, куда правительство отправляет преступников для освоения заболоченных земель. Это суровое место постепенно превращается в обжитую территорию благодаря принудительному труду осужденных.

Герцогство Валлатория располагается восточнее всех остальных западных стран и ведет постоянные передовые сражения с кушанскими захватчиками. Данное государство выступает в роли живого щита, который сдерживает натиск восточной империи на границах.

Герцогство Морган располагается на востоке и ведет постоянные передовые сражения с кушанскими войсками. Данное государство выступает в роли важного оборонительного рубежа, который первым принимает на себя удары восточных захватчиков.

Страны Панерии представляют собой разрозненные города и государства, которые постоянно участвуют в стычках за владения. Из-за отсутствия собственной регулярной армии эти земли вынуждены нанимать банды наемников для каждого нового сражения.

Государство Лана представляет собой централизованное феодальное владение, которое обладает сильной постоянной армией. В отличие от соседних разрозненных земель, эта страна опирается на собственные регулярные войска для защиты своих границ.

Сфера влияния Святого Престола простирается на империю Тюдор и королевства Мидланд и Балден, а также охватывает морскую державу Иис, содружество Рандель, герцогства Морган и Валлатория. Формально эта организация не имеет собственных феодальных владений, но через церковь и духовенство она жестко контролирует политику и ключевые решения во всех союзных государствах.

Главным спонсором Святого Престола является семья Вандимион. Она веками выстраивала с церковью крепкую связь, обеспечивая полное финансирование храмов, монастырей и крестовых походов. Взамен церковь легитимизировала их власть и защищала интересы семьи, что позволяло Вандимионам контролировать ключевые решения в государствах, которые входят в сферу влияния Святого Престола.

За тридцать пять лет до начала Затмения существовало небольшое северное островное государство, которое можно было пересечь верхом всего за три дня. Этот остров, известный как герцогство Грант, образовался в результате вулканической активности и представлял собой огромную котловину. Здесь родился Грюнбельд Альквист, мальчик с огненно-рыжими волосами и наследник древнего северного народа охотников на морских медведей. Уязвимость острова заключалась в единственном проломе на юге, где простиралась открытая степь. По этому пути враг мог пройти без всяких препятствий. В год рождения Альквиста враждебная империя Тюдор использовала данную лазейку, высадила армию и построила крепость Честер. С тех пор война на острове не прекращалась.

Грюнбельд Альквист рос без отца, который погиб в бою с армией Тюдора. Его воспитывала мать Юфемия, гордая и обедневшая дворянка. Она держала сына в строгости и прививала ему понятия чести и доблести, которые даже в самые отчаянные моменты жизни освещали ему путь.

Однажды, Грюнбельд был избит деревенскими подростками из-за его огненно-красных волос и высокого роста. Теряя силы, он пробирался сквозь глухой лес, пока не встретил слепую девочку Бенедикту. Она утверждала, что видит сердца и потоки энергии, и по какой-то причине приняла его за огненного дракона. Девочка жила в полном согласии с лесными зверями и привела его к теплому источнику, где раны заживали чудесным образом. Пока они находились в воде, Бенедикта прошептала ему пророчество:

"Я уверена, ты станешь могучим, могучим драконом. Ярко-красное пламя будет сжигать твоих врагов, а твоя твердая чешуя будет ломать клинки. Но если твое сердце пострадает, просто вернись сюда".

В тот момент Грюнбельд не придал этим словам большого значения, однако пророчество Бенедикты навсегда запало ему в душу.

Через несколько дней флот герцогства Грант был окончательно разбит, после чего войска Тюдора молниеносно захватили южную часть острова. Захватчики ворвались в родную деревню Грюнбельда и устроили там кровавую расправу. Солдаты убили слуг, а на глазах у мальчика зверски лишили жизни его мать Юфемию. Капитан тюдорцев перерезал ей горло и вырвал язык, совершив это с особой жестокостью. Страшная сцена гибели самого дорогого человека не сломила Грюнбельда. Вместо отчаяния или страха в его душе вспыхнул и закипел всепоглощающий гнев.

Благодаря строгому воспитанию Юфемии Грюнбельд с ранних лет рос как истинный воин. Он никогда не давал волю слезам, и его сердце сохранило твердость даже после потери всего самого дорогого. Пережитая трагедия не заставила его возненавидеть человечество или считать людей отбросами, она лишь окончательно закалила его суровый северный характер.

Грюнбельда бросили в тюремную башню крепости Честер, которую захватчики превратили в лагерь для детей-заложников. Его ноги и руки заковали в тяжелые железные колодки. В соседних камерах он встретил Эдварда, являющегося внебрачным сыном великого герцога и занимающего последнее место в очереди на престол. Там же он познакомился с Сигур, девочкой из знатного рода Йохансенов, обладающей серебристыми волосами и печальными глазами. Эти узники стали его единственными друзьями в заточении.

Двести детей дворян и рыцарей подвергались жестокому перевоспитанию под началом тюдорского рыцаря Абекассиса. Этот садист заставлял их отрекаться от родных богов, принуждал принимать веру Тюдора и проходить изнурительную военную подготовку. Непокорных пленников убивали на месте. Когда один мальчик пробормотал ругательство, Абекассис собственноручно свернул ему шею. Девочку, которая отказалась тренироваться, подвергли насилию и повесили, после чего ее тело скормили свиньям.

Грюнбельд стойко переносил пытки голодом и холодом, наотрез отказавшись принимать пищу от тюдорских захватчиков. Эту еду предлагали в обмен на отречение от идеалов прошлого и предательство своего северного народа. Его непоколебимость и речи о чести предков вдохновляли других маленьких заложников. Эдвард, который сначала колебался и всерьез задумывался о сдаче, устыдился собственной слабости под влиянием Грюнбельда. В то же время Сигур использовала свой дар видеть ауры и тихо пела по ночам старинные песни, утешая измученных заключенных.

Во время очередного учебного боя Грюнбельд применил боевое мастерство, полученное от матери. Используя лишь тренировочный деревянный меч, он сумел нанести смертельный удар тому самому капитану, который ранее расправился с Юфемией. Этот поступок превратил мальчика в настоящего героя в глазах остальных детей, но одновременно с этим навлек на него яростный гнев Абекассиса.

Поскольку Абекассис не имел возможности сломить волю Грюнбельда напрямую, он решил наказать его самых близких друзей. Рыцарь забрал Сигур и подверг ее жестоким истязаниям с применением каленых щипцов, требуя от девочки криков боли. Эдвард пришел в неописуемую ярость от случившегося и поклялся лично убить садиста. Сам же Грюнбельд чувствовал тяжелую вину за свою открытую непокорность, которая привела к страданиям других.

Прошло четыре года, и из двухсот детей в живых осталась лишь половина. За это время Грюнбельд окреп до невероятного уровня, так как тяжелые кандалы лишь способствовали росту его физической мощи. Абекассис окончательно убедился в тщетности своих попыток и решил преподать заложникам последний урок послушания. Он выставил изможденных пленников на арену против тигра-людоеда, который был специально привезен из далекой Кушанской империи.

Ночью Эдвард придумал план, как отвлечь тигра огнем. В нужный момент Сигур сбросила вниз горящие корзины, а Грюнбельд бросился к тяжелому боевому молоту, который прежде никто не мог даже сдвинуть с места. Вспоминая слова Бенедикты о том, что он является истинным драконом, Грюнбельд напряг все мышцы и буквально рвя жилы поднял массивное оружие. Когда тигр совершил прыжок, юноша обрушил молот на голову зверя. От этого сокрушительного удара череп хищника разлетелся вдребезги.

Взбешенный Абекассис приказал лучникам немедленно расстрелять героев на арене. Однако в этот самый момент крепость атаковали основные войска Гранта под командованием генерала Кирстена, который долго добивался официального разрешения на спасательную операцию. Абекассис позорно бежал, а выживших детей наконец освободили. В луже крови рядом с поверженным тигром Грюнбельд обнаружил странный каменный амулет с человеческими чертами лица, известный как Бехелит. Юноша взял его с собой на память об этой тяжелой победе.

Генерал Кирстен, который был старым другом родителей Грюнбельда, взял юношу под свою опеку и привез в родовое имение под названием Логово Огненного Дракона. Грюнбельд пытался отыскать тот таинственный лес и девушку, спасшую его в детстве, однако это место словно бесследно исчезло. Со временем он решил, что чудесное исцеление было лишь сном. В крепости устроив пышный праздник в честь освобождения детей, куда прибыл сам великий герцог Хокон Грант. Это был больной и непопулярный правитель. Он даже не узнал собственного сына Эдварда, отделавшись лишь дежурной фразой, что только сильнее озлобило юношу.

Кульминацией торжества стал священный танец молодой жрицы. В тонких намокших одеждах перед Грюнбельдом предстала повзрослевшая Бенедикта. Кирстен объяснил, что это его внучка. В младенчестве она ослепла, но взамен получила дар видеть истинный цвет души человека. Из-за этой способности ее многие боялись и в итоге отдали на воспитание в храм. Она стала идеальной жрицей, но осталась глубоко одинокой.

Бенедикта закончила танец, после чего прорвалась через толпу и прыгнула в объятия Грюнбельда. Она восторженно воскликнула:

"Огненный дракон, мы снова вместе!"

Его душа действительно горела тем же багровым пламенем, которое она видела еще в детстве у священного источника. Сигур убежала в слезах, так как увидела искреннюю радость и близость Грюнбельда с Бенедиктой. Девушка осталась наедине со своим чувством боли и тоски.

Прошло еще несколько лет. Грюнбельд стал настоящей легендой, ведь его трехтысячный корпус по-прежнему успешно сдерживал натиск Тюдора. Однако великий герцог Хокон, чей рассудок окончательно помутился от постоянного действия яда и паранойи, вступил в тайный сговор с Абекассисом. На встрече посреди моря он согласился предать своего лучшего полководца, рассчитывая получить взамен несметные богатства и место в императорской семье Тюдора.

В Логово Огненного Дракона прибыла великая герцогиня Фульда. Официальной целью визита была благодарность войскам, однако на деле она пыталась соблазнить Грюнбельда. В народе ходили слухи, что герцогиня жаждет зачать наследника, в жилах которого текла бы кровь дракона. Хокон же объявил о своем решении: он отдавал Фульду в жены Грюнбельду, а Сигур насильно просватал за старого знатного дворянина.

Так правитель надеялся окончательно разобщить старых друзей. В это же время в столице пятеро наемников совершили нападение на Бенедикту, но Сигур, которая охраняла жрицу по просьбе генерала Кирстена, сумела убить их всех. Когда Эдвард увидел Грюнбельда полуобнаженным сразу после ухода Фульды, он в ярости ворвался в покои матери. Ослепленный ревностью и накопленным гневом, юноша задушил ее собственными руками.

Эдвард всю свою жизнь провел в тени. Сначала он был лишь незаконнорожденным сыном, которого отец замечал не больше чем обычную мебель, а затем оказался в тени величия Грюнбельда. Именно Эдвард выступал мозгом корпуса, был его главным стратегом и организатором. Он выполнял всю тяжелую административную работу, однако вся слава и народная любовь доставались только Грюнбельду.

Эдвард был безнадежно влюблен в Сигур, но она смотрела исключительно на его друга, тогда как его собственные чувства оставались незамеченными. Бенедикта также любила только Грюнбельда, а родная мать видела в Эдварде лишь удобный инструмент, чтобы стать ближе к прославленному воину.

Эдвард мог терпеть свое положение до тех пор, пока считал Грюнбельда верным другом. Однако все окончательно изменилось, когда отец во всеуслышание заявил, что именно Грюнбельду достанется трон, а вместе с ним власть, слава и всеобщее признание. Грюнбельд крушил врагов на поле боя, но при этом не тратил бессонные ночи на изнурительную стратегию и планирование. Он не был одинок, ведь у него оставался любящий отец. Казалось, что все блага мира приходят к нему сами собой. В этот момент Эдвард осознал, что его собственные колоссальные усилия и вся его жизнь больше не имеют никакого значения. Но даже в такой ситуации он был готов смириться ради дружбы.

Роковым моментом стал выход Грюнбельда из покоев матери в неподобающем виде, после чего Эдвард ощутил предательство планетарного масштаба. В его глазах друг превратился в захватчика, который отнимает абсолютно все. Эдварду представилось, что Грюнбельду мало трона и народной любви, и теперь он вознамерился овладеть последним, что еще принадлежало законному наследнику. Ему стало ясно, что Грюнбельд не ограничится только Сигур или Бенедиктой, он был убежден, что он готов забрать у него каждого дорогого человека и каждую крупицу того, что ему было дорого.

При этом сам Грюнбельд не совершал предательства и никогда не желал подобного исхода. Он всегда жил сражениями и оставался прежде всего воином, а не искушенным политиком. Для него слава, трон и обожание окружающих были лишь незначительным фоном к очередному бою. Он искренне не осознавал, что его триумфы могут восприниматься Эдвардом как преднамеренный захват всего самого дорогого. Предложенная корона вместе с навязанным союзом с Фульдой только осложняли его существование. Грюнбельд стремился быть исключительно рядом с Бенедиктой и продолжать свой путь защитника, выбирая честную битву вместо запутанных дворцовых интриг.

В момент наивысшего отчаяния к Эдварду пришел его отец. Хокон сумел убедить сына в том, что именно он по праву достоин трона, в то время как Грюнбельд является лишь случайной тенью, которую необходимо устранить ради блага государства. Эдвард окончательно сломался под этим давлением и согласился предать брата, тем самым безвозвратно потеряв самого себя.

Грюнбельд получил ложное донесение о необходимости срочного спасения дипломата и немедленно выступил из Логова с тысячью верных всадников. Однако в узком ущелье его уже поджидала двадцатитысячная армия Абекассиса. Грюнбельд бесстрашно принял бой и, несмотря на чудовищное численное превосходство врага, стремительно прорывался к самому Абекассису с намерением убить его.

В это время Эдвард, воспользовавшись отсутствием побратима, привел преданные Хокону полки и захватил Логово Огненного Дракона. Генерал Кирстен, который примчался на помощь крепости, был схвачен и собственноручно обезглавлен Эдвардом. Окровавленная голова наставника стала его первым и самым страшным военным трофеем.

Сигур и Бенедикта попытались бежать из столицы Нордкапити верхом на огромном волке Людвиге, надеясь вовремя предупредить Грюнбельда о засаде. Однако по их следу уже пустились всадники Эдварда. Людвиг геройски погиб, прикрывая отход своих хозяек, а обе женщины получили тяжелые ранения вражескими стрелами.

Истекая кровью и слабея с каждой минутой, они все же сумели добраться до места сражения, где Грюнбельд в этот момент заканчивал разгром тюдорских войск.

Когда Грюнбельд возвращался после изнурительного сражения, он обнаружил умирающих Бенедикту и Сигур. В этот момент перед ним появился Эдвард во главе десятитысячного войска. Предатель небрежно развернул окровавленную голову Кирстена лицом к Грюнбельду и произнес, что генерал определенно любил его. Он добавил, что самым меньшим из того, что мог сделать Грюнбельд, было просто называть этого человека отцом.

Для Грюнбельда эти слова оказались невыносимо болезненными. Кирстен действительно давно стал для него единственной заменой погибшего отца, но из-за своей природной сдержанности юноша так и не решился назвать его этим именем. Он также не успел официально жениться на Бенедикте, чтобы порадовать старика перед смертью. Жестокие слова Эдварда звучали как приговор, напоминая о невосполнимых потерях и невозможности исправить ошибки прошлого.

Удерживая Сигур у себя на спине, а Бенедикту на одной руке, Грюнбельд бесстрашно бросился в свой последний человеческий бой. После убийства десятков элитных бойцов доспехи Грюнбельда окончательно деформировались, а кости по всему его телу покрылись глубокими трещинами. Его левое предплечье было сломано, так как он намеренно принимал на себя слишком много сокрушительных ударов, стремясь защитить последних дорогих ему людей. Лишь с помощью невероятной силы воли и колоссального напряжения мышц он заставлял свою искалеченную руку двигаться. Принимая сотни ударов и надежно отгораживая собой Бенедикту и Сигур, Грюнбельд довел себя до предела, так что на его теле не осталось ни одного живого места.

Обессиленный и истекающий кровью Грюнбельд собрал последние силы, чтобы совершить рывок к Эдварду, но это оказалось очередной ловушкой. Едва он сделал несколько шагов, как внезапно грянул пушечный залп. Тяжелое ядро ударило воину прямо в грудь. Грюнбельд сильно покачнулся от мощного толчка, однако сумел устоять на ногах. Верный щит, сопровождавший его на протяжении всего пути, в этот раз спас жизнь Грюнбельда.

В следующее мгновение на него были направлены жерла сразу шести пушек, которые выстрелили в один миг. Оглушительный грохот расколол небо над полем боя. Четвертое и пятое ядра нашли свою цель. Доспехи, прежде выдерживавшие тысячи ударов, не устояли против этой мощи, из-за чего броня разлетелась на куски, а острые осколки вонзились глубоко в плоть. Грюнбельд издал низкий звериный рык и рухнул на колени.

Пушечные снаряды пробили металл и тело насквозь, так что кровь густо заливала землю вокруг героя. Однако даже в момент падения он успел крепче прижать к груди Бенедикту. Юноша прикрыл ее собой, стремясь защитить от осколков и неминуемой смерти. Воспользовавшись этим моментом, Эдвард окончательно предал их прошлое и вонзил копье прямо в грудь Грюнбельда.

Последнее, что сказал умирающему старому другу Эдвард:

"Сигур еще не умерла. Может быть, я смогу трахнуть ее один раз, прежде чем она сдохнет? Дико улыбнувшись."

Грюнбельд в гневе заскрипел зубами и подумал:

"Неужели я так и умру? Даже не отомстив за Бенедикту? Неужели я больше никогда не смогу сражаться, если умру? Зайдя так далеко в жизни, я думал, что битва значит все. Но, потеряв Бенедикту, я наконец понял, что важнее всего. В этом смысле Эдвард прав. Я даже не осознаю, насколько ценная вещь у меня в руках, а потом иду и разбиваю ее. Я хочу сражаться еще больше! Дайте мне битву, и я смогу забыть о Бенедикте"

Последние мысли Грюнбельда были о том, чтобы эта жгучая боль от утраты Бенедикты, заполняющая весь его разум, наконец ушла. Он желал, чтобы новая жажда сражений полностью заслонила собой ту невыносимую боль, которая терзала его душу.

В этот момент Бенедикта ненадолго пришла в себя и с видимым усилием открыла глаза. Она прошептала Грюнбельду, чтобы он продолжал жить и оставался ее пламенным драконом. Последней волей жрицы стала просьба сделать их тела своим пропитанием и отыскать Сокола Света, так как в этом заключалась его истинная судьба.

Кровь, которая лилась из раны от копья, достигла поверхности Бехелита и тем самым открыла путь в иной мир.

В следующее мгновение Грюнбельд оказался в незнакомом месте, в странном пространстве, где было непонятно, куда идти, вверх или вниз, и где переплетались и извивались бесконечные гигантские змеи.

Сверху раздался голос:

"Ты, кто привел в действие закон причинности."

"Твое отчаянное стремление к жизни рассекло пространство и привело нас сюда."

Великая божественная возвышалась над Грюнбельдом на спинах извивающихся драконов.

"Логово дракона?" Пробормотал Грюнбельд.

"Логово дракона? Как интересно."

Кто вы такие? Спросил Грюнбельд.

"Я Войд."

"Слан."

"Убик."

"Конрад."

Мы четверо принадлежим божественной руке. Настало время совершить призыв судьбы.

"Жертва! Сказал Войд"

"Жертва?.."

Завораживающе улыбнувшись, красивая девушка по имени Слан ответила:

"Кто-то важный для тебя, часть твоей души. Создавая такое жертвоприношение, ты можешь разорвать связи со своей собственной человечностью."

"И трещину открывшуюся в твоем сердце заполнит зло." Завершил слова девушки насекомоподобный мужчина.

"Кто?.."

"Например..." Войд протянул руку, и в пространстве перед Грюнбельдом открылось окно. Грюнбельд увидел умирающую Бенедикту и тяжело раненую Сигур.

Дыхание Бенедикты было едва уловимым, она неподвижно лежала на холодной земле. Сигур получила настолько тяжелые ранения, что казалось удивительным то, как она вообще остается жива. Женщина отчаянно сражалась и уничтожила немало врагов, но теперь у нее отобрали оружие, после чего Эдвард повалил ее на землю. Сигур оказалась на грани изнасилования перед смертью. Она плакала и молила своего бывшего побратима, чтобы он просто убил ее.

"У тебя есть шанс решить все своими руками" Сказал Войд.

"Если ты это сделаешь, мы дадим тебе новую битву. Она будет такой жестокой, что все битвы, в которых ты участвовал, покажутся ничтожными по сравнению с ней."

"Мы дадим тебе все захватывающие сражения, какие ты только пожелаешь..."

"Если ты переродишься и присоединишься к Соколу в битве, тебя ждет адское пламя. Бесконечный конфликт, достойный огненного дракона."

"Отыщи Сокола. Продолжай жить" Грюнбельд вспомнил последние слова Бенедикты.

"Неужели это судьба, Бенедикта? Неужели мне суждено не умереть вот так, а продолжать сражаться? Чтобы я снова был один, бросаясь в еще более жестокие битвы? Неужели меня ждет столь великолепное будущее?"

Мимолетное пламя жизни Бенедикты и Сигур в любой момент могло погаснуть среди бури безумия, пронесшейся над полем боя. Через мгновение, показавшееся вечностью, были произнесены слова:

"Я жертвую ими. Я дракон!"

По слухам, дракон сжег абсолютно все базы Тюдора на территории Великого Герцогства Грант. Жители Нордкапити говорили, что пламенный дракон спас их народ, и со временем эта история окончательно превратилась в местную легенду. Однако те, кто ее рассказывал, никогда не знали настоящей жестокости и истинной цены тех трагических событий.

За девятнадцать лет до Затмения течение причинности уже направляло судьбы рожденных людей к всевозможным будущим событиям. В глубинах астрального мира Идея Зла наблюдала за бесчисленными вариантами развития человеческих жизней. Ее целью был поиск человека, способного стать Пятым Ангелом Желания и присоединиться к Руке Бога. Для этого требовался кандидат, обладающий крайне редким сочетанием качеств.

Среди бесчисленного множества человеческих судеб одна выделялась особенно ярко. Это была судьба человека, которого в будущем назовут Гриффитом. Среди сотен миллионов людей именно он обладал тем редким сочетанием качеств, которое было необходимо для того, чтобы однажды занять место в Божественной Руке. Однако просто найти его было недостаточно. Иногда нить его причинности должна была быть подправлена или подвержена случайным разрушениям и испытаниям. Эти события лишь на миг выводили его с намеченного пути, не разрушая судьбу полностью, а лишь подталкивая его к тому, кем он должен стать в итоге.

Полностью разработав свой план, она начала приводить его в действие. Единственным способом довести Гриффита до состояния Пятого Ангела Желания было появление в его жизни человека, который станет необходимым толчком. Этот человек должен был периодически вмешиваться в его судьбу и сеять сомнения, чтобы в конечном итоге окончательно сломить его волю и полностью изменить ход его существования.

Среди всех людей подходящей оказалась лишь одна жизнь того, кого позже назовут Гатсом. Он был человеком, чьи силы и упорство сами по себе не могли привести к великим свершениям, но при правильном направлении и столкновении с нужными обстоятельствами результат должен был стать идеальным.

За три дня до рождения Гатса Идея Зла слегка изменила ход событий. У женщины главаря наемников ребенок появился преждевременно, что вызвало выкидыш у Сисс и замедлило движение отряда Гамбино. Благодаря этому они оказались в нужном месте в нужное время. Потеря ребенка пробудила в Сисс необычное сочувствие к младенцу, который поначалу казался безжизненным. В любой другой ситуации люди просто прошли бы мимо или его приняли бы обычные крестьяне, воспитав его так, что его внутренние качества бойца могли бы не проявиться. Но Сисс остановилась, ведомая своей привязанностью к детям и собственным опытом потери. Это стало решающим моментом для Гатса. Найденный под мертвым телом матери и оставленный в полном одиночестве, он должен был либо умереть, либо стать тем, кто совершенно не подходит для Гриффита.

Спустя три года Идея Зла снова вмешалась в ход событий, в результате чего Сисс заболела чумой. Это событие вновь коренным образом изменило жизнь трехлетнего Гатса. Смерть Сисс стала для него тяжелым потрясением, так как он лишился единственного близкого человека. Идея Зла допустила это ради того, чтобы начать закалять Гатса для будущей встречи с Гриффитом. Направляя всю злость и неудачи Гамбино на ребенка, она формировала травму, которой суждено было сыграть ключевую роль в будущем. Суровый наемник не позволял мальчику оставаться нахлебником и жить за чужой счет. Через эти лишения Гатс учился выживать и действовать самостоятельно, постепенно подготавливая свой характер к предстоящим испытаниям.

Спустя шесть лет, когда девятилетний Гатс окреп и закалился, Идея Зла решила действовать решительно. Случайное ядро, выпущенное под нужным углом, навсегда отняло ногу у Гамбино.

В тот же самый год в священном городе и столице Господа под названием Вританнис жила маленькая девочка. Лишенная родительской любви и окруженная лишь холодными стенами, она каждую ночь наблюдала ужасающие сцены сожжения людей на центральной площади.

Однажды во время грозы, сильно испугавшись раскатов грома, она увидела вдалеке высокий столб пламени и в страхе побежала к нему, инстинктивно потянувшись к свету. Подойдя ближе, девочка поняла, что там снова сжигают еретика. Кто-то из толпы сунул ей в руки факел, и тогда, дрожа от ужаса, она бросила его в огонь. Окружающая толпа тут же разразилась ликованием.

В тот момент она пришла к выводу, что для выживания ей необходимо внушать другим больше страха, чем она испытывает сама. Эту семилетнюю девочку звали Фарнеза де Вандимион. Она была дочерью Федерико де Вандимиона, самого влиятельного спонсора Святого престола на всем континенте. С того дня она стала совершенно другой и из милого ребенка превратилась в истинного демона. Пережитый ужас и увиденное насилие оставили глубокие следы, постепенно формируя в ней болезненную склонность к садизму и мазохизму.

В этот момент Фарнеза впервые ясно осознала то, каким на самом деле является мир. Когда она снова бросила факел, толпа вокруг разразилась ликованием, и этот неистовый крик радости открыл ей пугающую истину. Тонкий слой правил и порядка лишь прикрывает то, что скрыто в глубокой тьме. Если сорвать этот покров, наружу выходит настоящий ужас, которому люди сами готовы фанатично радоваться. Тогда она поняла, что в подобном мире слабый неизбежно становится жертвой. Чтобы выжить и обрести власть, нужно не бежать от этого кошмара, а стать его неотъемлемой частью.

Спустя год события вновь переносят нас на улицы священного города. Среди бесчисленных башен, возносящихся во славу Господа, и сотен колоколов, восхваляющих его величие, безнадежно терялись люди. Этим несчастным было совершенно нечего предложить Богу взамен на его милость.

Среди десятков тысяч таких обездоленных людей блуждал девятилетний мальчик по имени Серпико. Все его детство прошло в лачуге на окраине города, наполненной лишь печалью и страданиями из-за состояния его матери, от которой остались буквально кожа да кости. Не достигнув и десяти лет, Серпико уже был вынужден самостоятельно добывать деньги на пропитание и лекарства для них обоих.

Серпико являлся незаконнорожденным сыном Федерико де Вандимиона. Он появился на свет в те времена, когда его мать еще служила в их родовом поместье. Однако когда женщина серьезно заболела, Федерико без всяких колебаний выставил ее на улицу, словно ненужную вещь.

Цепляясь за свои лучшие воспоминания, мать Серпико обременяла его мечтой о благородном происхождении. Она твердила, что его отец однажды обязательно вернется за ними, и каждый день заставляла сына проявлять гораздо больше гордости, чем он мог себе позволить. Она надеялась, что при встрече Федерико не разочаруется в нем. Однако каждый день, проведенный в священном городе, напрочь лишал его того достоинства, которое мать так отчаянно хотела видеть в своем сыне. Живя в нечеловеческих условиях, Серпико ненавидел свою мать и искренне желал ей смерти, способной разорвать оковы, сковывавшие его жизнь.

В один из дней, лежа обессиленный и почти погребенный под снегом после очередной драки за деньги, Серпико решил сдаться. Ему казалось, что так будет гораздо проще, чем продолжать бороться за существование, которое не приносит ничего, кроме новых страданий.

Именно в этот момент на него наткнулась Фарнеза. Увидев в Серпико такого же брошенного и одинокого ребенка, она решила забрать его под свое покровительство и сделать личным пажом. В глубине души ей хотелось иметь рядом человека, который разделит ее внутреннюю пустоту и станет отражением ее собственного одиночества.

Став пажом, Серпико поначалу радовался тому, что наконец освободился от оков матери. Получив эту должность, он смог нанять для нее слуг, которые начали заботиться о больной женщине вместо него. Однако вскоре через слова матери он осознал тяжесть своего греха. В своих мыслях он уже называл бедную и измученную женщину меланхоличным чудовищем. Серпико признавал, что, несмотря на недуг, она по-прежнему думала лишь о его будущем и считала этот момент его шансом прикоснуться к высшему обществу. В то время как мать надеялась на его благополучие, сын уже похоронил ее в своем сознании и праздновал собственное освобождение.

Как только Серпико ступил в поместье и провел там первый день, он наконец осознал причины пугающего поведения Фарнезы. Ее мать вела беспутный образ жизни и почти никогда не навещала дочь, а отец был полностью поглощен делами и редко появлялся дома. Родители лишь заваливали девочку подарками в попытке выразить любовь, не понимая важности своего присутствия и последствий собственного безразличия. В итоге Фарнеза оставалась предоставленной самой себе. Она была окружена лишь пустыми мрачными статуями в этом огромном и холодном лабиринте, который стал для нее такой же клеткой, какой когда-то была лачуга для самого Серпико.

Недавно закрепившийся опыт страха заставил ее выбрать единственный доступный путь. Она панически боялась остаться в полном одиночестве, поэтому начала терроризировать служанок. Фарнеза проявляла власть и контроль везде, где только могла, чтобы окружающие не смели ее игнорировать. Это стало ее единственным способом обрести иллюзию силы и защиты от пугающего мира.

Серпико же, чтобы выжить рядом с такой непредсказуемой и опасной госпожой, принял решение полностью отказаться от своих желаний, эмоций и гордости. Он стал лишь ее тенью и погрузился в мрачный покой рядом с другой закрытой душой, которая была похожа на него как две капли воды. Теперь его задачей стало сдерживание разрушительных порывов Фарнезы. Обе их души оказались заживо погребены в том мрачном лабиринте. Не в силах растопить толстый слой снега, накрывший их, они могли лишь греться теплом друг друга.

Вернувшийся в поместье отец встретил Серпико. Узнав о том, что юноша является его незаконнорожденным сыном, Федерико сообщил, что Фарнеза приходится ему младшей сестрой. Глава семьи также добавил, что у Серпико есть три брата: Манифико, Джорджио и Поллициано де Вандимион. Каждый из них ведет ожесточенную борьбу за право стать наследником. Во избежание скандалов отец не мог позволить бастарду носить свою фамилию.

Однако он предложил сделку: если Серпико пообещает хранить этот секрет в тайне, то получит дворянский титул, а его положение будет устроено должным образом. Приняв эти условия и вновь столкнувшись с ледяным безразличием отца к судьбе матери, Серпико впервые по-настоящему ощутил к ней глубокую жалость.

К наступлению лета следующего года ненависть Гамбино к Гатсу достигла своего пика. Потеряв главенство в банде, наемник перестал быть символом власти и силы. Он постепенно превращался в объект насмешек и всеобщего презрения. Всю свою ярость он направлял на Гатса, ведь именно смерть Сисс окончательно придала его ненависти ясное и единственное направление.

Уже спящего одиннадцатилетнего Гатса разбудила молния, пролившая свет на искривленное от ненависти лицо Гамбино, который направил на него свой меч. Именно эта молния, подстроенная Идеей Зла, в последний момент спасла жизнь Гатсу. Слова Гамбино о том, что мальчик должен был умереть, и ужасающая правда о его предательстве с Доновоном оставили глубокую рану в душе ребенка. После убийства Гамбино Гатс окончательно утратил способность доверять людям и понимать чужие эмоции. Это навсегда изменило его восприятие мира и в будущем стало играть ключевую роль в его судьбе.

Убив Гамбино и сбежав из его лагеря, Гатс упал со скалы со стрелой в теле. Боль и отчаяние давили на него, но он не сдавался. Ростки, посаженные прошлым опытом и пережитыми трудностями, наконец взросли в цветы обусловленности. Они проявили в Гатсе невероятную силу воли и способность сопротивляться даже в самых безнадежных ситуациях, в которых сам смысл борьбы для любого другого перестал бы существовать.

Этот момент стал по-настоящему переломным. Гатс впервые раскрыл в себе скрытую силу сопротивления, которая показала миру и ему самому путь. Ни физическая боль, ни парализующий страх больше не смогут сломить его дух. Именно в этой точке пути начала окончательно формироваться его истинная сущность как воина.

Спустя год весной двенадцатилетний Гатс в поисках своего пути на полях сражений попадает в плен. Пройдя через все тяготы войны и жестокое воспитание Гамбино, он стал по-настоящему несгибаемым. Гамбино создал для него не просто тяжелые условия, в которых закалилась воля, но и передал ему важнейшие основы выживания. Он оставил Гатсу четкие ориентиры на будущее. Главный из них заключался в том, чтобы никогда не полагаться лишь на грубую силу. Гатс научился всегда использовать голову, ведь на поле боя каждый действует прежде всего ради собственной выгоды. Из-за этого он с самого детства привык идти по жизни в одиночку и никогда не ждать помощи от окружающих.

Попав в плен, Гатс по дороге оказывается обманут командиром вражеской армии Мартино, который был захвачен вместе с ним. Своими льстивыми речами и притворной заботой этот человек всего за несколько минут сумел втереться к мальчику в доверие. Под видом помощи Мартино предоставил ему возможность сбежать, однако на самом деле это оказалось тщательно продуманной ловушкой.

На самом деле Мартино собирался использовать Гатса как приманку для отвлечения, чтобы самому под шумок сбежать к своей армии. К тому же он уже успел выведать координаты крепости, куда пленных вели на изнурительную работу, фактически обрекая их на медленную смерть.

Оказавшись за решеткой в холодной тюремной камере, Гатс мог лишь горько сожалеть о своей глупости и слабости. В тишине плена он невольно вспоминал минувшие дни, проведенные с Гамбино.

Увидев цветок и прячущееся за ним крошечное существо, Гатс принял это за галлюцинацию. Ему казалось, что это образ его собственной слабости, которая и привела его в холодную камеру. Он попытался убить незваного гостя, но в последний момент остановился. Гатс был не в силах уничтожить последние остатки детской беззаботности и окончательно отдаться войне. В итоге он пообещал Чич, что если она поможет ему выбраться, то он обязательно отведет ее к родным на свободу.

Маленький дух цветка по имени Чич, получившая это имя из-за писка крыс, была вне себя от радости. Из-за этого чувства она полностью истратила себя на его помощь, чтобы обрести облик, видимый для Гатса

Тем временем виконт желал искоренить сомнения и страхи своего сына перед необходимостью убивать. Он выбрал Гатса в качестве жертвы, чтобы тот стал инструментом воспитания и помог юноше усвоить жестокий урок через чужую боль. Отправившись на этот бой, Гатс забрал Чич с собой. Истощенный после долгого пребывания в сырой темнице, он оказался в смертельной опасности из-за стрелы, смазанной ядом. Тогда Чич, тратя последние крохи сил, спасла Гатса. Она вылетела из его кармана и привлекла его внимание к себе, тем самым не дав ему умереть.

Попытку побега прерывает Мартино, который внезапно штурмует крепость во главе своего отряда. Решив своеобразным образом отблагодарить Гатса за невольную помощь в отвлечении врага, он отпускает юношу. На прощание Мартино снабжает его новой экипировкой и кошельком золота, оставляя Гатса наедине с его дальнейшим путем.

Завершая эту печальную историю, Гатс приходит на залитую солнцем цветочную поляну. Он бережно выпускает Чич из своих рук, позволяя ветру подхватить ее и унести к родным местам. Гатс исполнил свое обещание, данное в темноте тюремной камеры, и теперь дух цветка наконец обрел свободу.

Сразу после этих событий мы переносимся в бедную деревню. Именно здесь Идея Зла начинает сплетать свою нить вокруг маленькой и никому не нужной девочки по имени Каска. Сама деревня располагалась в глубоком горном ущелье. Из-за бесплодной земли жители могли выращивать лишь овес, но даже при такой бедности они были обязаны платить налоги на нужды армии. Голодать целыми днями здесь считалось обычным делом, а в зимние периоды смерть забирала значительную часть населения. Поскольку поселение граничило с вражеским государством, набеги случались постоянно. В такие моменты жители могли лишь прятаться и наблюдать из укрытий, как враги разоряют их скромные дома и землю.

Каска с детства привыкла к грабежу и унижениям, поэтому она даже не знала о возможности иной жизни. Однажды во время работы ее заметил проезжавший через деревню вельможа и захотел забрать девушку к себе в качестве сексуальной рабыни. У отца не было выбора. Предложение отдать дочь якобы в служанки стало единственным шансом спасти семью, ведь прокормить шестерых детей в условиях постоянного голода было почти невозможно. Ценой этого выживания стала сама Каска. Однако даже тогда ее сердце не наполнилось ненавистью к отцу. Она понимала, что он просто принял это страшное решение, чтобы сохранить жизнь всем остальным.

По пути в замок вельможа попытался накинуться на девушку, чтобы изнасиловать ее, но Каска сопротивлялась. Все же она сдалась под весом того, что за нее всегда решают другие. Именно в этот момент появился Гриффит. Он разрушил ее прежний мир и перевернул все, к чему она привыкла. В двенадцать лет он стал для нее не просто спасителем. Гриффит стал тем, кто впервые дал ей выбор.

Вместо прямой помощи он протянул ей меч и сказал, что если ей есть что защищать, то она должна взять его. После убийства Гриффит накрыл девушку своим плащом. Этот жест успокоил ее, помогая заглушить чувство вины и горечь сожаления. Путь обратно в деревню был для Каски закрыт навсегда. Она больше не хотела возвращаться в мир бесконечных страданий и бессилия. Гриффит стал первым, кто дал ей настоящую свободу. С того самого дня она начала боготворить его. Гриффит превратился для нее в пророка или святого, который спас ее от чего-то более страшного, чем смерть. Он спас ее от окончательного отчаяния.

Через полгода Каска окончательно привыкла к военным будням и постоянному риску. Новая реальность дала ей возможность снова улыбаться и чувствовать вкус жизни. К тому моменту отряд Сокола под руководством Гриффита был втянут в конфликт одного лорда. Его звали Геннон. Это был погрязший в грехах богач, который покупал маленьких мальчиков для своего гарема. Глядя на этих детей, в чьих глазах застыл лишь бесконечный страх, Каска окончательно убедилась в святости Гриффита. Их вид лишь закрепил в ее сердце образ спасителя, который вырвал ее из подобного ада.

Но в один день ее представление о Гриффите изменилось навсегда. После очередного сражения на поле боя остался лежать мальчик. Это был ничем не выделявшийся ребенок, которого никто не смог бы опознать. Гриффит оказался единственным, кто помнил его. Он и до этого случая винил себя за гибель товарищей ради своей мечты, но смерть этого мальчика стала для него особенным бременем. Гриффит не мог смириться с тем, что ребенок, который вовсе не должен был оказаться на войне, погиб именно за него и его амбиции.

Для Каски тот день стал по-настоящему особенным. Она увидела в Гриффите не просто лидера, который когда-то спас ее и открыл перед ней новый мир. Перед ней предстал человек, который несет искреннюю ответственность за жизни других. Каска осознала, что Гриффиту небезразличен каждый солдат, даже тот, кто со стороны мог показаться совсем незначительным.

Переломным моментом стало то, что Идея Зла создала условия, при которых Каска увидела Гриффита вместе с Генноном. До этого она была уверена, что они оба испытывают к этому человеку лишь ненависть и отвращение. Но теперь Гриффит стоял полуобнаженным на его балконе. Встретившись у реки той же ночью, Гриффит впервые открыл ей свои настоящие чувства. Он снял маску идеального лидера и показал свою уязвимость. Чем больше людей погибало ради его мечты, тем тяжелее становилась его ноша. Эта ответственность заставляла его идти только вперед, окончательно закрывая другие пути. Чтобы справиться с таким бременем, Гриффит пытался обманывать себя напускным цинизмом, но это не приносило облегчения. Единственное, что он мог делать, это стараться уменьшать потери среди своих людей, даже если для этого приходилось жертвовать собственным телом. Перед мертвыми же у него оставался лишь один долг - достичь победы любой ценой.

Видя, насколько сильно Каска волнуется и какую боль она испытывает, Гриффит с усилием и печалью снова надел свою маску. Он скрыл настоящие чувства, чтобы не причинять ей еще больше страданий, от которых она дрожала. Именно это событие стало причиной, по которой Гриффит в будущем не сможет никому полностью открыться и показать свои слабости. Идея Зла намеренно свела их вместе в тот момент. Таким образом она создала в душе Гриффита брешь. В будущем эту пустоту временно заполнит Гатс, но позже она откроется с новой силой и заставит Гриффита совершить роковую ошибку.

После той ночи Каска больше не могла видеть в Гриффите только святого спасителя. Она начала замечать в нем человека с тяжелыми переживаниями и огромным грузом ответственности. Она увидела того, кто несет свою ношу и продолжает борьбу вопреки боли и потерям. Именно тогда Каска захотела стать его мечом. Она мечтала разделить его тяжесть и стать продолжением его воли. Ей хотелось, чтобы он мог уверенно идти своим путем и не боялся опереться на нее, пока она защищает его и его мечту любой ценой.

Спустя полгода после этих событий один граф приобрел у каравана, остановившегося возле его замка, странную вещь. На первый взгляд это был всего лишь диковинный амулет с хаотично расположенными чертами лица. На самом деле этой вещью оказался Бехелит. Граф был жестоким, но это являлось необходимостью. В годы постоянных нападений со стороны язычников и еретиков было невозможно выжить, проявляя мягкость или слабину.

Дома графа всегда ждали любящая жена и маленькая дочь. Эта семья олицетворяла само счастье. Однако в один день на его замок напали язычники и устроили кровавую резню. Произошедшее стало для графа тяжелым ударом. Сумев отбиться, он начал всерьез опасаться, что при следующем набеге уже не сможет защитить своих близких. Именно поэтому он решил избавиться от угрозы навсегда. Целый год граф охотился за врагами по всему королевству, из-за чего его пребывание в замке теперь сводилось к минимуму.

Из-за долгого отсутствия мужа жене стало невыносимо одиноко. Холодные стены замка давили на нее сильнее, чем когда-либо прежде. Этим и воспользовались еретики. Они долгое время наблюдали за поместьем и знали, что граф почти не бывает дома. В момент ее наибольшей душевной слабости они тайно проникли внутрь и явились к ней, обещая избавление от одиночества и конец всем ее страданиям. Они говорили, что сами когда-то были такими же людьми, но нашли путь, который освободил их от боли и вечного страха.

В обмен на обещанное облегчение жена графа начала подпадать под влияние еретиков. Сначала она позволила им проводить свои ритуалы в стенах замка под предлогом обучения и очищения. Затем, все сильнее втягиваясь в этот процесс, она сама стала участвовать в их тайных обрядах. Одиночество и внутренняя слабость сделали ее уязвимой. В конечном итоге еретики получили полный контроль над ее мыслями и действиями.

Но однажды, вернувшись из изматывающего похода и стремясь поскорее увидеть жену с дочерью, чтобы утешить измученную войной душу, граф вошел в замок. Первым, что предстало перед его глазами, стала измена жены в окружении десятков еретиков. В тот миг он ощутил не скорбь и не печаль, а всепоглощающую ярость. Граф осознал, что целый год бесцельно гонялся за врагами по всему королевству, пока они прямо в его собственном доме отнимали у него самое дорогое. Потеряв рассудок от гнева, он превратил находившихся там людей в груды тел и реки крови. Остановившись перед своей любовью с намерением убить ее, он увидел, что она не просто не испытывает раскаяния. Напротив, его жена широко улыбнулась ему в ответ.

От этого зрелища граф впал в полное отчаяние. Все, что он делал раньше и ради чего старался, рассыпалось в одно мгновение. Погрузившись в эти темные глубины, он решил покончить с собой. Но мольба его души не могла быть услышана богами этого мира. Через Бехелит она начала открывать воронку между физическим и астральным планами. От невыносимой боли, которую он испытывал, этот разлом расширился настолько, что призвал четырех членов Божественной Руки. Перед ним явились Войд, Конрад, Убик и Слан. Они пообещали сделать графа сверхчеловеческим существом, которое навсегда забудет о печали и боли. Взамен они попросили лишь об одной малости. Жизнь той, кого он не смог убить собственной рукой и кого одновременно любил и ненавидел, была принесена в жертву. Граф сделал этот выбор ради исполнения желания перестать быть обычным человеком, которому свойственно чувствовать страх и бесконечное отчаяние.

Став сверхчеловеческим существом, Граф обрел форму огромного слизня, поскольку в глубине души именно таким себя и считал. Вернувшись в физический мир, он устроил настолько жестокую охоту на инакомыслящих, что все подданные начали жить в постоянном страхе. Теперь никто не знал, когда его могут ложно обвинить в ереси. Люди стали бояться не только чужаков, но и соседей, друзей или даже членов собственной семьи. Граф опасался, что еретики заберут его дочь так же, как когда-то жену. Он запер ее на самой высокой башне замка под охраной стражи. Свое решение он объяснил тем, что не может выпустить ее в нечистый мир, переполненный врагами. Смерть матери Граф представил девочке как трагедию. Он сказал, что еретики похитили ее ради проведения своих обрядов, а после его отказа выполнять их условия убили ее как подношение зловещему божеству.

Все окружение графа заметило его пугающие изменения. Больше всех это видели его советник Даль, лекарь Варгас и дочь Терезия. Даль и девочка безмолвно терпели его жестокость. Граф стал относиться к людям как к обычным игрушкам. Он потрошил их заживо, разрезал на куски и съедал, а казни еретиков превратились лишь в способ добывать новые тела. Варгас не выдержал этого безумия и решил бежать вместе с женой и сыновьями. Однако по дороге их поймали и бросили в темницу.

Граф за предательство изувечил Варгаса и лишил его ног, а жену и детей съел прямо на его глазах. Но вместо ярости или печали Варгас оказался в плену собственного страха. Он начал ненавидеть себя за это малодушие до конца своих дней. Приняв спрятанное снадобье и притворившись мертвым, Варгас сумел сбежать из замка. Он забрал с собой Бехелит Графа и провел долгие годы в изучении тонкостей религии и оккультизма. Варгас пытался разузнать тайну Бехелита и найти способ навсегда убить монстра.

Спустя год события переносятся в холодную темницу королевства Мидланд. Старик, лежа в сырой камере, только и мог что сожалеть о своей жизни. Но проплывающий мимо него по воде Бехелит, оставляющий едва заметную рябь, заставил его предаться воспоминаниям.

С самого детства Вьяльд был малого телосложения, что давало ровесникам повод для постоянных издевок. Из-за этого он с ранних лет выработал строгие моральные границы. Он поклялся никогда не причинять боль слабым, всегда защищать тех, кто не может постоять за себя, и действовать лишь по справедливости. С такими идеалами он вступил в армию, питая надежду на свободу и возможность жить по своим законам.

Однако реальность оказалась куда более жестокой. Друзья и соратники гибли, решения командиров противоречили его принципам, а каждая битва превращалась в мясорубку. В этой бойне выживали лишь те, кто был готов переступить через любые правила. Спустя годы на войне Вьяльд уже не мог выносить бесконечную жестокость, а его тело начало сдавать. Когда он оказался на грани и осознал, что не способен держать оружие ни физически, ни морально, он дезертировал. Вьяльд поклялся больше никогда не брать в руки меч.

После дезертирства Вьяльд был полностью истощен и едва держался на ногах. Одна придворная дама протянула ему руку помощи. Она вылечила его раны, дала пищу и предоставила крышу над головой. Чтобы избежать проблем, Вьяльд скрыл свое прошлое. Он сказал, что является обычным солдатом, который просто отбился от своего отряда. На время ему показалось, что жизнь может стать иной, но это было лишь кратковременное облегчение. Когда правда вскрылась, женщина, которой он доверился, выдала его властям как предателя.

Она прекрасно понимала, что, укрывая дезертира, рискует своим положением или даже жизнью. Воспитание и привычка действовать прагматично заставили ее поступить именно так. Ее поступок был вызван не злобой, а чувством долга. Годы при дворе научили ее ставить закон и общественный порядок выше любых личных привязанностей.

И вот, лежа в холодной темной камере и вспоминая свою жизнь, Вьяльд осознал горькую истину. Всегда стремясь к свободе, он неизменно оказывался пленником чужой воли. Сначала это были приказы командиров, затем воля придворной дамы, обстоятельства и бесконечные предательства. Его усилия и идеалы, которым он посвятил лучшие годы, обернулись пустотой. Каждый человек, встречавшийся на его пути, в итоге приносил лишь разочарование. Вьяльд понял, что честность никогда не делала его сильнее. Напротив, она всегда ослабляла его, и окружающие охотно пользовались этим. Каждый выбор и каждое проявление благородства оборачивались против него, оставляя лишь боль и безысходность. Старик почувствовал, что его тело больше не может бороться, а дух с каждым днем угасает. Теперь единственным, что у него осталось, были холод и тьма, поглощающие все былое.

Вьяльд почувствовал истинное отчаяние. Но вдруг он заметил странный камень, прибившийся к его ногам. Когда он поднял этот предмет, чтобы рассмотреть его поближе, дверь камеры открылась. На пороге появилась та самая дама, которая предала Вьяльда. Она пришла, чтобы в последний раз взглянуть на него перед казнью.

На ее лице отражалось сожаление о содеянном, но это не могло вернуть прожитые годы или стереть горечь предательства. Когда Вьяльд увидел ее взгляд, все чувства нахлынули на него с новой силой и заставили истекать кровавыми слезами. Камень, который до этого имел лишь хаотичные очертания, словно ожил. Каждая его трещина и каждая грань наполнились кровью Вьяльда. Казалось, сам Бехелит заплакал вместе с ним, отражая невыносимую боль и полное отчаяние.

Параллельно с этим образовалось темное облако. В следующее мгновение Вьяльд оказался в незнакомом пространстве, где было совершенно непонятно, куда идти. Тысячи деревьев окружили его, образуя огромный жуткий лес. Земля здесь казалась живой, стволы кривились и скрипели, а воздух был густым и сырым, словно в логове зверя. По веткам скакали тысячи обезьян. Их глаза блестели в полумраке, а движения были дикими и неуловимыми.

Раздался голос сверху: "ты, кто привел в действие закон причинности. Твое отчаянное стремление к жизни рассекло пространство и привело нас сюда."

Вслед за этими словами перед Вьяльдом предстали все четверо членов Божественной Руки.

Слан, обнаженная ангелоподобная женщина, произнесла:

"Нужна жертва".

Она пристально посмотрела на Вьяльда и добавила:

"Кто-то важный для тебя. Часть твоей души".

"Принеся такую жертву демоническому роду, ты сможешь разорвать связь со своей собственной человечностью."

Тучное низкорослое существо по имени Конрад добавило:

"В твоем сердце откроется трещина, в которую ворвется зло".

Но кто....? сказал Вьяльд.

Убик, маленькая летающая голова в очках, протянул руку и указал на придворную даму, дрожащую и плачущую от ужаса.

Войд произнес:

"У тебя есть шанс начать сначала, только скажи два слова".

Со словами я жертвую Вьяльд полностью отрекся от всего, что когда-либо держало его в оковах. Он отказался от мелких забот и условностей, которые раньше сковывали каждый его день, а также от правил и ограничений, приносивших лишь слабость и предательство. Вьяльд поклялся стать по-настоящему свободным. Он решил раз и навсегда разорвать все цепи, удерживавшие его в плену, чтобы больше никогда не позволять чужой воле управлять собой. В этот миг его сознание растворилось, а тело наполнилось первобытной силой, готовой превратить его в существо, свободное от всего человеческого.

Обретя вид человекоподобной обезьяны, Вьяльд сначала изнасиловал даму, а затем с особой жестокостью убил ее. Расправившись с женщиной, он принялся за остальных узников этой полной безнадежности темницы. Под свой безумный хохот он словно одержимый наслаждением демон раздавливал людей, будто они были тряпичными куклами.

Выходя из темницы, залитой кровью и вымощенной мертвыми телами, Вьяльд услышал разговор стражников. Они негодовали:

"Старый дурак король собирает заключенных, чего он хочет добиться, набирая всякий сброд в самом сердце нашего королевства? Рыба гниет с головы? Видимо, это не так уж далеко от истины".

Превратив стоявших на пути воинов в кровавое месиво, Вьяльд лишь подумал, что это звучит очень интересно. Он отправился прямиком в Виндхем, столицу королевства. У городских ворот он разорвал еще нескольких стражников, а сразу после этого добровольно сдался властям.

Через несколько дней собрали всех преступников королевства, годных к службе. Это было необходимо, чтобы восполнить потери в затяжной войне против Тюдорской Империи. Среди них Вьяльд вызвался добровольцем и потребовал назначить его командиром. Выйдя один на один с огромным заключенным по имени Барбо, он отказался от меча и голыми руками насадил врага на шпиль башни. Так Вьяльд стал предводителем нового отряда, Рыцарей Черного Пса, чья жестокая слава вскоре разнеслась по всему королевству.

Однако вместо уважения воцарился чистый страх. Вьяльд построил свой отряд исключительно на подчинении, убивая подчиненных при первой же возможности. Где бы ни находились Рыцари Черного Пса, на вражеской территории или в землях Мидланда, они грабили и убивали всех на своем пути. Они не щадили ни стариков, ни детей.

Вместо того чтобы наказать их, король попросту отправлял отряд в самые отдаленные места сражений. Так он старался держать этих зверей подальше от своего основного войска и самого себя.

Спустя еще один год пятнадцатилетний Гатс продолжает вести борьбу на поле боя. В сражении с Базусо он проявляет свои отточенные навыки и азарт. Эта ярость закалялась четырьмя годами выживания и постоянных тренировок с момента ухода из отряда Гамбино.

За его битвой наблюдал Гриффит со своим отрядом. Его сильно заинтересовали качества Гатса: честность, смелость и умение жить одним днем. Он заметил, что Гатс не стремится к славе, богатству или положению.

Лидер привык, что все вокруг чего-то хотят. Отсутствие явных желаний у Гатса выделяло его среди остальных, делая по-настоящему интересным. Окончательно убедившись, что в Гатсе есть тот же самый стержень, Гриффит решает завербовать его.

Уходя из крепости, Гриффит придумывает быстрый план. Он решает остановить свой отряд на той самой дороге, по которой Гатс должен был уйти. Гриффиту важно, чтобы они обязательно встретились. Он планирует проверить наемника в деле своими бойцами, чтобы окончательно понять, насколько хорошо тот ему подходит.

В сражении с Гриффитом Гатс получает рану, из-за которой он вынужден провести двое суток без сознания. Сразу после пробуждения он затевает повторный поединок на особых условиях. Если Гриффит победит, то Гатс полностью перейдет в его распоряжение и командир будет вправе решать его дальнейшую судьбу. Гриффит соглашается на этот уговор и одерживает уверенную победу, после чего Гатс официально вступает в его отряд.

Уже во время первой миссии Гриффит полностью доверился Гатсу и назначил его на одну из самых ответственных должностей в отряде. Этот поступок доказывает, что лидер видит в наемнике равного себе по надежности. Гриффит считает Гатса достойным большой ответственности и полностью полагается на его способности.

Выполнив задание и рискнув жизнью ради малознакомых людей, Гатс сразу же завоевывает расположение почти всего отряда за свою отвагу и прямолинейность. Единственным исключением остается Коркас. Он продолжает недолюбливать мечника из-за унижения, которое испытал при их первой встрече.

Проведя в отряде совсем немного времени, Гатс начинает понимать, что Банда Сокола не похожа на обычные наемнические группировки. Хотя большинство бойцов молоды, это лишь внешнее впечатление. На самом деле их отличает особый дух и преданность делу, которые крайне редко встречаются в их ремесле.

Гатс постепенно начинает осознавать, что этот отряд становится его настоящим домом. Он понимает, что нашел то самое место, куда ему всегда захочется возвращаться.

Услышав о мечте Гриффита, Гатс лишь сильнее убедился в уникальности всей этой банды. Ни один обычный главарь наемников не мог в один момент дурачиться и веселиться как ребенок, а в другой смотреть на тебя так, что по коже бегут мурашки.

Зимой того же года, пока шло время в лабиринте, под снежным сугробом два саженца надломились и сплелись друг с другом по мере роста. Их ветви, сами того не ведая, устремились за пределы маленького сада и принесли диковинные плоды. Леди Фарнеза в свои тринадцать лет уже была очень красивой девушкой. За ней бегали десятки юношей, которые пытались лишь урвать маленькую часть большого пирога семьи Вандимион. Однако она никогда не подпускала к себе никого, кроме Серпико, своего единственного пажа.

В свете элитного общества Серпико нередко сталкивался с оскорблениями из-за своего простолюдинского происхождения. Фарнеза не выносила, когда обижали ее самого близкого человека. Она постоянно вступала в споры и вызывала обидчиков на дуэли. Так как сама она была девушкой, драться приходилось Серпико. Он понимал, что это не проявление вредности, а единственный доступный Фарнезе способ показать свою любовь к нему.

Четырнадцатилетний Серпико прекрасно понимал причины такого поведения Фарнезы, но сами дуэли ему все равно не нравились. Поэтому каждый поединок заканчивался ничьей и обменом любезностями о мастерстве меча. Прошлое на улицах научило его тому, что месть рождает лишь новую месть. Такой подход был лучшим способом избежать лишних проблем. Параллельно с этим Серпико тайно давал деньги беспризорникам, помогая им выжить в этом жестоком мире.

Фарнеза подавляла свои страхи через агрессию. Она наносила Серпико допустимый вред, используя укусы и удары плетью, чтобы выплеснуть скопившиеся эмоции. Серпико же полностью принимал эту ярость на себя. Он поглощал силу ее ударов, чтобы она не причиняла вреда самой себе и могла выпускать чувства в безопасности. Таким образом два сломленных человека могли существовать рядом. Они находили спасение и равновесие только друг в друге.

За три года в банде восемнадцатилетний Гатс изменился до неузнаваемости. Он перестал быть просто псом, которым двигали лишь ярость и жажда сражений. Товарищи по оружию сделали его частью семьи. Теперь он знал каждого в отряде, интересовался их мнением и впервые искренне заботился о тех, кто прикрывал ему спину. Став капитаном штурмового отряда, Гатс старался действовать рассудительно. Он искал цель в своих поступках, стремясь уйти от образа бешеного зверя, который грызет всех подряд. Хотя сохранять хладнокровие удавалось не всегда, что постоянно вызывало гнев Каски почти на ровном месте.

Гатс искренне восхищался Гриффитом и его мечтой. Постоянные битвы плечом к плечу сделали их настоящими братьями. Гриффит впервые мог открываться Гатсу полностью. Он не опасался последствий, которые могли возникнуть в общении с Каской или другими членами отряда. Командир доверял наемнику свои мысли, интересовался его мнением и прислушивался к нему, что только укрепляло их связь.

При этом Гриффит не осознавал своей растущей зависимости от друга. Он предпочитал думать, что полностью владеет Гатсом и его преданностью. Гриффит верил, что мечник лишь следует за его мечтой, хотя на деле именно Гатс стал для него опорой, без которой его мир мог пошатнуться.

Именно это больше всего раздражало Каску. Гриффит дал ей новую жизнь, и она со временем поняла одну важную вещь. Он не бог, а человек, который тоже не может справиться со всем в одиночку. Каска хотела быть рядом с ним и мечтала стать той, без кого он не смог бы двигаться к своей цели. Она искренне верила в силу этого желания и полагалась на него до того момента, пока в их жизни не появился Гатс.

Когда Гриффит встретил Гатса, Каска завидовала наемнику. Ее задевало то, что он стал единственным, кого командир действительно хотел завербовать лично. Она ревновала не к его силе. Каска понимала, что Гриффит выбрал его из-за личных качеств, которые вскоре переросли в абсолютное доверие. Именно поэтому она так ненавидела Гатса. Она считала его слишком эгоистичным по отношению к идее отряда. Ее злило, что этот человек не преклонялся перед Гриффитом, как все остальные, но при этом занимал в его сердце место, недоступное никому другому. Из-за этого между ними и происходили вечные ссоры.

На очередном поле сражения банда Сокола спасает короля практически от неминуемой смерти в битве с трехтысячной кавалерией Железных Копий Черного Барана армии Тюдора. В этой схватке Гатс опрометчиво бросается в самую гущу боя. Этим поступком он подставляет своих товарищей, но в итоге ситуация разрешается в его пользу. Тем не менее этот инцидент дает очередной повод Каске выплеснуть свою ярость на командира штурмового отряда.

За три года службы королевству Гриффит получает дворянство и титул виконта. Его войско включают в состав регулярной армии Мидланда. Для знати это становится тяжелым ударом и вызывает волну недовольства. Аристократы считают немыслимым, чтобы вчерашний простолюдин получил высокий титул, а его бывшая шайка наемников вошла в государственную армию. Такими успехами Гриффит навлекает на себя ненависть значительной части дворянства и высших чинов.

При захвате вражеской крепости отряды Сокола столкнулись с непредвиденным препятствием. Носферату Зодд, герой древних легенд, находился внутри и не давал продвинуться дальше, в одиночку сдерживая около пятидесяти человек. Услышав от Джудо, что Гатс направился именно туда, Гриффит немедленно повел свои войска на подмогу. Он боялся не успеть и потерять своего брата в схватке с этим чудовищем.

Испытывая острое чувство унижения от того, что один единственный солдат удерживает полсотни Соколов, Гатс в ярости входит внутрь под крики товарищей. Пройдя пару десятков шагов, он видит, что тела бойцов разорваны так, словно ими стреляли из пушки. Среди десятков павших стоит человек, который лишь скалится, демонстрируя свое абсолютное превосходство.

Продержавшись меньше десяти секунд в схватке, Гатс осознает колоссальную разницу в силах. Он решает поставить на кон один выпад, который должен определить исход боя. Одержав верх в мастерстве владения мечом, Гатс наносит точный удар и разрубает верхнюю часть тела противника. Однако для этого существа битва была только игрой. Приняв свою истинную монструозную форму, оно заставляет Гатса полностью потерять самообладание. От одного взгляда на чудовище у него дрожат ноги, а страх сковывает каждое движение.

Гатс полностью проигрывает Зодду и оказывается на грани гибели, но в этот момент прибывает отряд под командованием Гриффита и Каски. Видя, с какой легкостью чудовище расправляется с людьми, Гриффит приказывает всем немедленно отступать. Он решает вытащить Гатса самостоятельно и ради спасения одного единственного наемника идет на крайне опасный шаг. В этот миг Гриффит едва не жертвует своей мечтой, фактически ставя все свое будущее на кон.

Выиграв немного времени и отрубив Зодду руку, Гриффит спешит на помощь Гатсу и помогает ему подняться. Однако он не замечает взмаха хвоста и получает тяжелый удар, от которого мгновенно теряет сознание. В тот момент, когда спасение казалось невозможным, Зодд замечает на шее Гриффита багровый бехелит. Увидев этот редкий артефакт, монстр внезапно отступает. Он оставляет израненному Гатсу мрачное предзнаменование:

"Если ты считаешь себя настоящим другом этого человека, когда его желания рухнут, тебя навестит смерть!!!"

"Смерть, от которой тебе никогда не сбежать!!!"

Оправившись от шока после слов Зодда, Гатс замечает плачущую Каску. Она винит его во всем случившемся. В этот момент Гатс впервые начинает осознавать свою истинную значимость для Гриффита. Он понимает, что командир готов рискнуть всем ради него одного.

Спустя несколько недель, уже поднявшиеся на ноги Гатс и Гриффит смогли поговорить наедине. Гатс, прежде считавший себя лишь рядовым наемником, спросил Гриффита, почему тот спас его. Он хотел понять, почему ради обычного бойца командир был готов пожертвовать всем, если считает его всего лишь верным и хорошим солдатом.

Гриффит не понимал собственных чувств, поэтому не смог ответить на этот вопрос прямо. Он лишь задал встречный вопрос о том, обязательно ли должна быть причина всякий раз, когда он рискует собой ради Гатса.

Король, который прервал их сокровенный разговор, предстает перед воинами во всем своем величии. Он кажется мудрым правителем, готовым пренебречь устоями знати и рискнуть собственным авторитетом ради блага своих подданных.

Граф Юлиус, брат короля, воспринял возвышение Гриффита как личное оскорбление. Само существование Гриффита рушило его картину мира, где власть и положение определялись происхождением, а не личными качествами. На фоне молодого полководца Юлиус выглядел блеклым, лишенным харизмы, заслуг и подлинного веса, а его собственное влияние казалось чисто формальным. В Гриффите он видел человека, который всего добился своими силами, тогда как сам лишь унаследовал свое положение. Это отражение собственного ничтожества только сильнее разжигало его злобу.

Ситуацией ловко воспользовался министр Фосс. Он видел полную несостоятельность графа и решил направить его гнев на физическое устранение Гриффита. Фосс разглядел в молодом полководце фигуру, способную обрести реальную власть. Гриффит не устраивал министра не из-за своего происхождения, а по причине твердого характера. Он был совершенно неподатлив к манипуляциям, что превращало его в серьезную угрозу для планов Фосса и его личной выгоды. Министр подогрел зависть Юлиуса, напомнив, что успехи Гриффита могут вскоре затмить его собственные титулы. Это окончательно вывело графа из себя. Именно тогда Фосс направил его эмоции в нужное русло и предложил использовать шальную стрелу, предварительно смазанную ядом.

После того разговора с Гриффитом Гатс окончательно решает поднять свой меч за него. Он признает его своим лидером и человеком, за которого готов умереть. Если прежде он следовал за Гриффитом только из чувства долга после проигранного поединка, то теперь это становится его осознанным выбором.

Благодаря заслугам отряда Сокола на осенней охоте именно им выпала честь сопровождать короля. Прежде этой привилегией пользовались рыцари Белого Дракона под руководством лорда Юлиуса, но теперь она перешла к людям Гриффита. Охваченный злобой, Юлиус решает действовать и отправляет своего лучника, снабдив его ядовитой стрелой.

Во время охоты Гриффит заметно сближается с принцессой Шарлоттой, что вызывает болезненную зависть Каски. Видя, как легко командир входит в круг высшей знати и завоевывает расположение дочери короля, Каска все острее ощущает нарастающую дистанцию между их мирами.

Стрела, выпущенная убийцей, не достигает сердца Гриффита. От неминуемой смерти его спасает багровый Бехелит, который чудесным образом принял удар на себя. Увидев произошедшее, прежде всегда спокойная и расчетливая Каска полностью теряет самообладание. Ее бурная реакция вызывает искреннее удивление у всего отряда, ведь она никогда раньше не позволяла чувствам брать верх над дисциплиной.

Понимая, что это была не случайность, а тщательно подготовленное покушение, воины отряда Сокола начинают искать виновных. Заметив яд на наконечнике и встревоженное лицо графа Юлиуса, Гриффит делает верное предположение. Он понимает, что именно брат короля стоит за попыткой устранения.

Этим же вечером Гриффит отправляется к лекарям, чтобы узнать подробности о яде. Он выясняет, что вещество крайне дорогое и редкое. Подобный состав приобретал всего один человек, который является лучшим стрелком в рядах Белых Драконов. Чтобы подтвердить свои подозрения, Гриффит подсылает к нему служанку. Девушка видит, как наемник заходит в покои графа Юлиуса для обсуждения шумихи, возникшей из-за неудавшегося покушения. Когда тайная встреча завершается, стрелок покидает комнату в крайне оскорбленном состоянии.

Собрав все фрагменты произошедшего и осознав мотивы графа, Гриффит убеждается в его виновности. Он просит Гатса устранить Юлиуса не как подчиненного, а как близкого друга. Гриффит понимает все риски и осознает, что по-настоящему может довериться в таком деле лишь ему. Он предупреждает Гатса о том, что это не честное сражение на поле боя, а скрытное убийство. Лицо исполнителя должно остаться скрытым от посторонних глаз. Получив инструкции, Гатс отправляется на задание.

Когда Гатс видит тренировку Юлиуса с сыном Адонисом, где граф проявляет одновременно жестокость и отеческую заботу, его сердце начинает колебаться. Он вспоминает собственное детство и годы, проведенные в сражениях под началом Гамбино. Однако, отринув лишние мысли, наемник хладнокровно убивает Юлиуса. Следом он случайно лишает жизни и Адониса, так как принимает ребенка за знатного свидетеля, увидевшего его лицо.

Вид плачущего ребенка, которого Гатс только что лишил жизни, оставляет на его душе новый шрам. Поскольку тихая миссия провалилась, ему приходится прорываться через весь замок и уничтожать солдат на своем пути. Оказавшись в безопасности, Гатс теряет сознание в канаве. В полусне он видит сон, в котором сам превращается в то ужасное чудовище, от которого он дрожал в замке несколько дней назад.

Параллельно с этими событиями приглашенный на бал Гриффит остается наедине с принцессой Шарлоттой. В этот раз он решается произвести на нее впечатление и одновременно открыться ей. Гриффит говорит, что ценит и любит всех своих соратников, однако для него истинный друг является чем-то иным. Это человек, который никогда не будет зависеть от чужой мечты и сможет постоять за себя, даже если Гриффит попытается ее отнять.

Идея Зла искусно сплела нити причинности так, чтобы в финале разговора Гатс оказался рядом и услышал слова Гриффита. Его уверенность в собственной значимости пошатнулась. В самом сердце Гатса посеялись семена сомнения, которые со временем взросли в цветы, отнявшие у них обоих счастье.

Услышав донесение о смерти Юлиуса и Адониса, Гриффит лишь холодно улыбнулся. Он понимал, что его план сработал даже эффективнее, чем можно было предположить. Гибель Адониса, который считался потенциальным женихом принцессы, устранила последние препятствия на пути к трону и сделала сложившуюся ситуацию идеальной для его дальнейших амбиций.

Спустя несколько дней по улице бежали две девочки, которые пытались найти хоть какое-то развлечение в серой и унылой деревне. Старшую звали Розина, а ее подругу Джилл, которая была младше на четыре года. Место их жизни издревле было наполнено горечью и печалью из-за затянувшегося военного конфликта. Постоянные нападения изматывали людей, оставляя после себя лишь страх, глубокую усталость и пустые дома. Улицы почти всегда оставались безлюдными, а редкие жители старались не задерживаться снаружи дольше необходимого.

В один из дней во время очередного нападения на деревню не все успели укрыться в лесу. Среди тех, кому не повезло, оказалась мать Розины. Она подверглась жестокому насилию, но была оставлена в живых.

Все изменилось после рождения Розины. Ее отец сильно пил и постоянно устраивал скандалы. Пока девочка росла, ей приходилось терпеть упреки и побои. Детство прошло в страхе, а семейный уют окончательно исчез. Другие дети в деревне постоянно травили Розину. Только Джилл оставалась ее единственной подругой, рядом с которой она чувствовала себя в безопасности.

Детство Джилл прошло значительно проще, чем у Розины. Ее отец в прошлом ушел на войну и вернулся домой хромым из-за серьезной травмы ноги. Увидев ужасы сражений, он начал много пить. Мужчина надеялся, что семья увидит в нем опору или героя, но встречал лишь страх в глазах дочери и молчаливое осуждение жены. Алкоголь помогал ему справляться с внутренней и физической болью.

Джилл не подвергалась таким частым избиениям, как Розина. В основном все ограничивалось только словами. Отец часто кричал на нее, срывая свою боль и разочарование. Физическое насилие девочка испытывала лишь в крайних случаях, но постоянные упреки делали ее детство тяжелым.

Когда Джилл и Розина подружились, они стали проводить все время вместе. Так они старались спрятаться от тяжелой реальности. Розина была необычным ребенком. Она подбирала разные вещи, которые другие считали обычным мусором, и коллекционировала их. Однажды во время игры у берега реки Розина нашла странный камень, напоминающий человеческое лицо. С тех пор эта находка стала для нее самой дорогой вещью, которую она всегда носила с собой.

Из-за тяжелой жизни Розина верила в сказку про Пикафа. Согласно легенде, давным-давно жил мальчик с красными глазами и острыми ушами, которого постоянно дразнили в деревне. Он ушел в запретный лес на поиски своих настоящих родителей и встретил там эльфов. Они были похожи на него, однако сказали, что мальчик не принадлежит к их роду. Пикаф долго плакал на холме в полном одиночестве. Когда он вернулся в деревню, оказалось, что прошло сто лет. Его красные глаза все еще краснели от пережитого горя и потери.

Розина ассоциировала себя с Пикафом. Поскольку ей хотелось счастливого финала, она верила, что герой сказки на самом деле был эльфом и обрел настоящую семью. После очередных сильных побоев девочка решила сбежать из деревни и пришла в Туманную долину. Настоящих эльфов там не оказалось, и Розина ждала их целыми днями, хотя в глубине души понимала правду. Туманная долина оставалась единственным местом, где она могла спрятаться от боли и жестокости. Эти иллюзии давали ей силы жить и заставляли улыбаться ради Джилл даже в те моменты, когда надежда почти исчезала.

Когда родители нашли Розину в лесу, отец снова начал кричать и бить ее. Он называл дочь бесполезной и заявлял, что она позорит семью. В глазах девочки отец осквернил единственное место, которое помогало ей справляться с болью. Иллюзии, поддерживавшие ее все это время, начали окончательно исчезать. Когда это убежище было разрушено жестокостью реальности, Розина лишилась последней опоры. Она больше не могла выносить происходящего.

Когда личное отчаяние Розины достигло предела и кровь от удара отца попала на поверхность странного камня, части миниатюрного лица переместились на свои места. Вслед за этим из его рта вырвался резкий потусторонний крик. Образовалось темное облако, в центре которого находилась Розина. В следующее мгновение девочка оказалась в незнакомом пространстве, где было совершенно непонятно, в какую сторону идти.

Поляна внезапно стала невероятно красивой. В воздухе летали и смеялись эльфы, которых Розина так отчаянно пыталась найти в прежнем мире, наполненном болью и страхом. Из густого тумана вышли четыре темные фигуры. Члены Божественной Руки явились на зов, рожденный отчаянием маленькой девочки.

Первым заговорил Войд:

"Ты, дитя, чья скорбь пробила брешь в стене между мирами. Твое желание было услышано", произнес он.

"Но для такой реальности нужна жертва", сказала Слан.

"И эта жертва должна быть не просто дорогой для тебя, а настолько близкой, что разорвав с ней связь ты оторвешь часть тебя, куда ворвется зло", продолжил Убик.

Завершая их диалог, Войд произнес следующие слова:

"Выбирай, дитя. Оставь себе свою боль и возвращайся в мир, лишенный надежды, или разорви эти нити, создав новый мир таким, каким ты хочешь его видеть. Принеси в жертву тех, кто связывает тебя с человеческой слабостью. Отдай их нам, и ты обретешь крылья, которые унесут тебя далеко от этого жестокого мира. Ты станешь королевой эльфов в своей собственной сказке, где больше не будет места ударам отца и слезам матери."

Розина вспомнила Пикафа, который так и не нашел своего места среди людей. Она поняла, что больше не хочет оставаться человеком, постоянно чувствовать боль и каждый день дрожать от страха. Девочка больше не желала нести это тяжелое бремя.

Со словами о том, что она приносит жертву, Розина окончательно отказалась от реальности, в которой взрослые обижают детей, а мечты рушатся. После совершения подношения она пожелала создать место, где никто больше не будет испытывать боль, страх или одиночество. Это должен был быть рай без взрослых, которые лгут и бьют, мир, в котором детство никогда не заканчивается.

Спустя некоторое время Розина начала похищать детей из деревни. Она превращала их в эльфов и тем самым создавала себе друзей. В ее глазах это было спасением детей от жестокого мира и взросления, которое неминуемо превратило бы их в таких же ужасных взрослых, какими были ее собственные родители.

Через несколько недель перед отбытием на фронт Гриффит проверял министра Фосса. По взгляду министра он понял, что тот стал его врагом. Фосс не позволил бы ему спокойно жить в замке и стал бы всеми силами противостоять его амбициям. За несколько часов до начала битвы Гриффит еще сильнее укрепил связь с Шарлоттой. Он пообещал вернуть ей медальон на удачу, чем причинил новую боль Каске.

Во время битвы с рыцарями Синего Кита Тюдорской империи Гатс находился не в лучшей форме. Этим отрядом командовали Адон Коборлвиц и его брат Самсон, заместитель командира корпуса сверхтяжелой кавалерии. Мысли о словах Гриффита про настоящую дружбу терзали Гатса настолько сильно, что только сражение могло отвлечь его. Каска также была ослаблена из-за своего состояния. Адон сумел одолеть ее, и только подоспевший вовремя Гатс смог спасти девушку.

Отражая искусные и могущественные удары Адона, Гатс сумел найти момент и обнаружить брешь в совершенной технике Вихря, разрубающего скалы, которая передавалась в клане Коборлвиц уже сто сорок лет.

Пробив шлем Адона, Гатс нанес решающий удар, рассекая врагу половину лица и выбивая десять зубов. Ослабевшая от жара Каска едва не упала со скалы, но Гатс успел снова спасти ее. Однако коварный Адон воспользовался сверхсекретной техникой стрельбы, передаваемой в семье Коборлвиц уже тысячу лет. Он все же нанес Гатсу рану, после чего тот вместе с Каской сорвался в пропасть.

В это же время из донесения Гриффит узнает о случившемся. Дворяне не одобряют выделение целого отряда ради поисков Гатса и Каски. Они находят сотни причин, почему этого делать не стоит. Однако Гриффит решительно отвечает, что эти двое жизненно важны для отряда Сокола и он не намерен их терять. Одновременно с этим он отправляет группу во главе с Джудо на их спасение.

За то время, что Гатс заботился о Каске после падения, он постепенно сблизился с ней. Каска доверила ему свою историю, рассказала о сокровенных мыслях, мотивах и желаниях. Она поведала о встрече с Гриффитом, причинах своего решения следовать за ним и о том, какое место в ее жизни занимает отряд Сокола. Каска призналась, что Гатс для Гриффита не просто боец или друг. Гриффит, хотя сам этого не осознает, глубоко зависит от него. Когда дело касается Гатса, лидер отряда всегда поддается эмоциям. Однако сам Гатс не понимает этого. Он продолжает считать себя обычным наемником, не замечая своей исключительной роли в жизни Гриффита.

Именно после случая с Зоддом Каска впервые испугалась до дрожи. Она не сумела сдержать ни эмоций, ни слез. Девушка сказала, что не может просто смотреть, как Гатс своим эгоизмом разрушает отряд Сокола и влияет на Гриффита. Гриффит был и остается самым дорогим человеком в ее жизни. Каска не может позволить, чтобы его мечта оказалась похоронена под руинами Гатса. Ей все равно, умрет ли Гатс в какой-нибудь стычке, но если это произойдет, Гриффит может не выдержать потери. Это уничтожит абсолютно все. Выслушав признание, Гатс не захотел принимать эти слова как реальность и попытался просто отмахнуться от них.

Когда их обнаружили Адон и Самсон со своей сотней бойцов, у Гатса и Каски не оставалось выбора, кроме как принять бой. В своем нынешнем состоянии Каска была для напарника скорее обузой и слишком легкой целью для врагов.

В этот момент Гатс решил стать для нее живым щитом. Принимая все удары на себя, он игнорировал чувство вины девушки, которая не хотела покидать его. Однако Гатс нашел для нее правильные слова. Он сказал, что если она хочет быть мечом, то умирать здесь было бы величайшей глупостью. Погибнув сейчас, она лишь положит конец всему и докажет, что ее мечта ничего не значит. Меч всегда возвращается в ножны. Отступление не позор, а единственный способ продолжить сражение позже с новыми силами.

В сражении с сотней противников Гатс уничтожает Самсона и его людей. Пока наемник отвлечен, Адон использует свой главный козырь и применяет секретную технику "Кассатсу Джизай", которую хранили в семье Коборлвиц на протяжении семи веков. Введя врага в заблуждение, Адон был вынужден через силу передохнуть от выматывающей битвы. Обнимая тела павших воинов и проливая слезы о потере близких, он заставил себя затаиться подобно зверю, выжидающему свою добычу. С пылающим огнем в глазах он считал каждую секунду до момента, когда сможет снова встать на защиту братьев. Адон погрузился в глубокий тактический транс, чтобы восстановить силы для решающего броска.

Однако Адон не рассчитал свои силы и слишком глубоко погрузился в этот восстановительный процесс. Его преданность долгу была так велика, что организм не выдержал нагрузки и перешел в режим принудительного покоя прямо среди павших воинов.

В последний момент подоспевший отряд во главе с Джудо спасает Каску от преследователей, которые сумели проскользнуть мимо Гатса. Каска невероятно волновалась за судьбу своего товарища и сразу привела подмогу к месту сражения.

Получив тяжелые ранения, Гатс принимает помощь от Джудо. Тот передает Каске целебную пыльцу, которую когда-то подарил ему эльф из бродячей труппы. Джудо объясняет, что Гриффит считает их обоих по-настоящему важными для себя. Эти слова согревают сердце Каски в трудный момент.

Сев рядом с Гатсом на холме, Каска ощутила, что их отношения полностью изменились. Раньше между ними были лишь скрытая ненависть, зависть и агрессия. Теперь благодаря заботе и спасению со стороны Гатса их чувства стали теплее. Он перестал быть для нее символом угрозы, отнимающим внимание Гриффита. Каска увидела его с другой стороны как человека, искренне заботящегося о своих товарищах. Образ эгоиста одиночки растворился. Рассказы Гатса о кострах мечты показали его настоящую натуру, и прежняя враждебность окончательно сменилась доверием.

Когда Гатс рассказал о своих сомнениях и предстоящем уходе, Каска впервые по настоящему забеспокоилась. Она искренне не хотела его потерять. В тот момент девушка поняла, что Гатс стал для нее кем то большим, чем просто товарищ. С этого дня он вошел в круг ее семьи. Забота о нем перестала быть долгом и превратилась в глубокое личное чувство.

На очередном военном совете обсуждались проблемы Тюдорской империи. Из за кризиса престолонаследия у Мидланда появилась возможность вернуть крепость Долдрей и укрепить свои территории. Как бы империя ни хвасталась мощью, сил для этой битвы у нее почти не оставалось.

Единственной серьезной проблемой оставалась тридцатитысячная армия под командованием генерал губернатора Геннона, верховного главнокомандующего северным фронтом Тюдорской империи. Это был тот самый человек, которому когда то отдавался Гриффит ради благополучия своего отряда. Его правой рукой был Боскон, который управлял войсками на поле боя. Изучив всю информацию, Гриффит выстроил план. Он решился прославить свое имя и стать героем, переломившим ход войны и обеспечившим минимальные потери для Мидланда.

План заключался в том, чтобы сыграть на чувствах Геннона и заставить его выйти со своей личной армией из крепости. Гриффит знал, что крепость охраняет тот самый военачальник, которому он однажды отдался ради выживания своего отряда. Он понимал, что Геннон сохранил чувство незавершенности и жажду обладать им любой ценой. Лидер Соколов превратил эту слабость врага в свое стратегическое преимущество.

Гриффит точно знал, что военачальник захочет повторной встречи и обязательно попытается захватить его живым и невредимым. Кроме того, Сокол учитывал наличие Боскона в подчинении у Геннона. Этому крайне принципиальному и жесткому воину будут совершенно безразличны пошлые тайны противника. У него останется только одна цель в виде чистой победы. Выживет ли Гриффит в таком столкновении или умрет, зависело бы исключительно от случая.

Гриффит понимал, что Геннон не просто так получил звание генерала и был обязан знать качества своих солдат. Лидер Соколов предвидел, что опьяненный властью вражеский главнокомандующий неизбежно возьмет управление боем на себя. Ради достижения собственной постыдной цели он добровольно ослабит оборону крепости.

Распланировав все до мелочей, Гриффит разделил отряд на две части. Первая группа должна была захватить крепость. Дым от сражения послужил бы завесой для продвижения бойцов, а грохот пушек прикрыл бы их действия и отвлек внимание врага. Взяв на себя командование второй частью, Гриффит принял не только власть, но и огромный риск. Его присутствие поддерживало боевой дух солдат, когда они шли на верную смерть против тридцатитысячной армии противника.

Однако все пошло не по плану. Боскон оказался слишком силен, а оружие Гатса в ответственный момент подвело его. Если бы не Зодд, бросивший свой меч, Гатс погиб бы от рук Боскона. На протяжении всей битвы между двумя воинами Гриффит не мог оторвать глаз от происходящего. Он невероятно волновался за жизнь своего самого близкого человека.

У Каски также появились серьезные проблемы из за Адона. Это произошло в тот момент, когда он применил свою технику продвинутой стрельбы, используя стрелы с ядом.

Все закончилось в тот момент, когда Гатс сразил Боскона своим новым оружием. Каска, даже ослабленная ядом, сумела убить Адона и захватить крепость. Битва была официально завершена. Вражеские солдаты потеряли своего генерала, который поддерживал их боевой дух. Лишившись лидера и крепости, армия Тюдора была вынуждена начать поспешное отступление.

Сражение завершилось, и на поле остался один Геннон. При взгляде на врага Гриффит испытал лишь сильное раздражение и неприязнь. Ему всегда было тяжело подчиняться другим, но ради нужд отряда он когда то пошел на этот шаг. Даже теперь, оказавшись рядом с Генноном, Гриффит сохранял спокойствие, хотя по его лицу читалось отвращение. Он решил, что лучшим способом задеть врага перед смертью станет полное безразличие. Холодный взгляд подействовал на Геннона сильнее любых слов или открытой злости.

После захвата крепости Долдрей и потери тридцатитысячного войска вместе с лучшими полководцами Тюдорская империя более не могла продолжать войну с Мидландом и согласилась на перемирие. Тем самым имя Гриффита Белого Сокола было прославлено на века, а сам он удостоился титула героя столетия. Победа подтвердила его гениальность как стратега и окончательно закрепила за отрядом Сокола статус сильнейшей военной силы Мидланда. Гриффит стал живым символом триумфа. Вскоре его должны были произвести в генералы, а его соратников преобразовать в элитную регулярную армию королевства.

Однако такая слава неизбежно вызвала ненависть среди дворян. Еще до того как Гриффит успел приблизиться к королевскому замку, вельможи во главе с министром Фоссом начали плести заговор против него. Они стремились сохранить свою абсолютную власть, для которой успех Гриффита был крайне опасен. Его слава и влияние разрушали привычную иерархию. В этой системе статус определялся происхождением, а не личными качествами или талантом. Победа над Тюдором лишь усилила страх аристократии перед переменами.

Фосс умело воспользовался амбициями и тревогами знати, подталкивая аристократов к действиям против Гриффита. Особое внимание он уделил королеве, так как владел одной важной тайной. Министру было известно о ее романе с графом Юлиусом, братом короля. Сам монарх был мудрым правителем, но тяжелое бремя власти и смерть первой жены отдалили его от новой супруги. Он вступил в этот брак по политическим причинам и почти полностью посвятил себя управлению государством, стараясь отвлечься от личной утраты.

Королева оставалась верной супругу долгие годы, однако холод и одиночество дворца со временем стали невыносимыми. Тогда она сблизилась с графом Юлиусом. Эти отношения не стали великой любовью. Они были скорее попыткой двух одиноких людей найти утешение в равнодушных стенах замка. Лишь после смерти графа королева осознала, насколько он был ей дорог. Фосс воспользовался этой болью от утраты и сильной яростью. Он умело направил ее ненависть на Гриффита, сделав его главной целью для мести.

Только вот Фосс не учел одной важной детали. Перед отправкой Гриффита на фронт министр пытался выяснить, причастен ли тот к гибели графа Юлиуса и Адониса. В этот момент страх выдал истинные намерения заговорщика. Гриффит сразу заметил эту слабость и придумал план, который позволял избавиться от всех врагов разом.

Он поручил наемникам похитить дочь Фосса за крупное вознаграждение. Главным условием сделки стало то, что девочка должна остаться полностью невредимой.

Сначала Фоссу нужно было подменить настоящий яд на особое снадобье, имитирующее смерть. Следующим шагом он должен был собрать всех своих сторонников в одном месте, запереть их и поджечь здание.

До начала бала Фосс получил письмо с требованиями и из страха за свою дочь беспрекословно подчинился. После того как он подменил яд на снадобье, торжество началось. На балу официально объявили о награждении. За все заслуги перед королевством в течение этих трех лет и за захват Долдрея Банда Сокола удостоилась высшего военного звания Мидланда. Гриффит получил титул генерала Белых Фениксов, а всех его командиров без исключения решили посвятить в рыцари и возвести в пэры.

Гриффит раскрыл детали плана Гатсу как самому близкому человеку. Он поручил напарнику устранить организаторов заговора. Пока сам Гриффит будет без сознания из за действия лекарства, Гатс должен ликвидировать виновных в отравлении.

Спустя несколько часов врачи окончательно подтвердили смерть Гриффита. Уверенные в успехе заговорщики созвали тайное собрание. Королева и дворяне праздновали победу и полностью утратили бдительность. Фосс воспользовался моментом и покинул зал. Он подал сигнал Гриффиту, после чего запер все выходы и поджег здание вместе с сообщниками.

Уйдя от подожженного здания, вернув Фоссу его дочь, тем самым посеяв в нем страх, который не позволит ему идти против себя, и уничтожив бандитов, нанятых для ее похищения, Гриффит за один день избавился от всех своих проблем.

Идя по тропе к замку, Гриффит в очередной раз спрашивает мнение Гатса: считает ли тот его жестоким за то, что переложил на него всю тяжелую и опасную работу, словно пытаясь понять, оправдано ли его решение ради поставленной цели. Но Гатс своей улыбкой и словами рассеивает все сомнения, говоря, что это лишь часть достижения его мечты и сейчас не время распускать нюни и жалеть о каждом поступке. Тем самым он дает Гриффиту облегчение не только насчет этого поступка, но и насчет павших товарищей, которые умерли ради него.

Вернувшись к отряду и сообщив, что Гриффит жив, они переживают момент кратковременного счастья.

Несколько дней спустя состоялись похороны королевы и министров-консерваторов. Попытка убийства графа Гриффита в ту же ночь стала поводом для слухов о замешательстве тюдорских радикалов, пытавшихся помешать заключению мирного договора между Мидландом и Тюдором. Но улик было недостаточно, и истина растворилась во тьме.

Спустя месяц Каска заметила Гатса, уходящего из Виндхейма. Она пыталась уговорить его остаться, мотивируя это тем, что все только начало получаться, их теплые взаимоотношения и победы начали приносить плоды, но Гатс был непреклонен.

Слова Гриффита, сказанные несколько месяцев назад у фонтана, глубоко ранили Гатса. После этого разговора наемник больше не мог считать Гриффита своим другом. Он начал видеть в нем лишь недосягаемый идеал. Теперь Гатс стремился стать равным ему любой ценой, чтобы в будущем снова вернуть прежнюю близость и дружбу.

Теперь никакие слова не могли заставить его остановиться. Тяжелое детство лишило Гатса возможности правильно понимать чужие чувства. Даже после разговоров с Каской он не замечал, что значит для Гриффита гораздо больше, чем просто союзник. Он не видел этого в поступках лидера, в его защите и постоянном внимании к мнению наемника. Из за старых душевных ран Гатс не мог осознать простую истину. Гриффит вопреки своим словам доверял ему и ценил его как равного, а не как инструмент для достижения личных целей.

Чтобы снова увидеть Гриффита как своего друга, Гатс был готов оставить всех, кого любил и кто был ему дорог. Даже услышав от Джудо, что Каска не может быть с Гриффитом из-за политических обстоятельств, он не изменил своего решения. Даже узнав, что Каска будет страдать и не сможет обрести счастье, живя с пониманием, что больше не может принадлежать ему, он не остановился. Мысль о ее боли и несчастье не смогла перевесить в сознании Гатса желание быть рядом с Гриффитом.

В обмен на свое прошлое, в обмен на все свое настоящее Гатс был готов пожертвовать всем ради того, чтобы вновь увидеть Гриффита и вернуть то чувство, которое когда-то связывало их.

Вернувшаяся Каска вместе с Гриффитом и командирами преградила путь Гатсу. За это время она начала постепенно отдаляться от Гриффита, осознав, что не может быть с ним и что для достижения его мечты он должен жениться на принцессе. Пока Гатс был в отряде, она сильно изменилась, а ее связь с ним укрепилась после той ночи под деревом. Когда он уходил, она ощутила потерю чего-то важного и поняла, что тянется к Гатсу больше, чем к Гриффиту. Раньше для Каски существовал только Гриффит, теперь же Гатс стал для нее семьей, на уровне или даже выше него.

С момента встречи с Гатсом Гриффит сильно изменился. Он родился обычным человеком и вырос в бедности. С детства у него сформировалась четкая картина мира. Власть, замок и статус дают свободу, а нищета означает отсутствие выбора и вечную зависимость от воли других. Эта идея стала главной причиной его стремления к цели. Гриффит желал обладать замком не ради богатства или показной роскоши. Он хотел перестать быть вечно подчиненным. Для него такая зависимость была хуже смерти. Однако ради благополучия своего отряда он был готов переступить через этот порог, что подтверждает случай с Генноном. Замок для него стал не просто украшением, а символом свободы. В этих стенах над ним больше никто не властен.

Амбиции помогли Гриффиту развить необходимые качества для достижения цели. Он обладал стратегическим мышлением, дисциплиной и огромной харизмой. Своим товарищам командир давал смысл жизни и моральные ориентиры. Он сражался на передовой и поддерживал дух бойцов, рискуя собой наравне с рядовыми воинами. Воры и разбойники объединялись ради общей мечты, так как это был их единственный шанс стать кем то значимым. Для этих людей Гриффит стал не просто предводителем. Он превратился в незаменимую надежду на лучшее будущее.

Но с появлением Гатса все изменилось. Мечник стал для Гриффита кем то большим, чем просто другом. Лидер Соколов начал зависеть от него, хотя сам долго этого не осознавал. Только рядом с Гатсом Гриффит мог полностью раскрыться. Он перестал бояться причинить кому то боль, как это случалось в общении с Каской. Теперь он мог показать свою темную сторону и не опасаться быть отвергнутым. Гриффит не боялся демонстрировать слабости, ведь это никак не портило его репутацию в глазах напарника.

В своем представлении Гриффит видел в Гатсе самого близкого человека, неразрывно связанного с ним и его мечтой. Он ошибочно полагал, что напарник все еще находится под его влиянием и полностью зависит от него. Гриффит был уверен в этом и считал, что жизненный путь друга по прежнему подчинен его великой цели.

Первым чувством Гриффита после известия об уходе Гатса стало ощущение предательства. Это было разрушением всего, что они строили годами. Гатс просто оставлял его без слов и эмоций. Ситуация напоминала то, как сам Гриффит когда то поступил с Генноном.

Решившись на этот поединок, Гриффит категорически отказывается отпускать Гатса и стремится вернуть своего самого близкого человека единственным привычным ему способом, через силу меча. Теперь их боевые возможности окончательно сравнялись, поэтому лидер осознает неизбежность того факта, что даже его лучший воин не сумеет выйти из этого столкновения полностью невредимым. Если Гриффит не сможет удержать друга рядом с собой в рамках привычного порядка вещей, то для него перестает иметь значение любая цена завершения данного поединка. Он совершенно не умеет отпускать то, что привык считать своей безусловной собственностью, потому что подобная потеря означает для него публичное признание собственной слабости. Для человека, который привык вести за собой тысячи людей и строить целую империю вокруг своей великой мечты, такое внезапное неповиновение кажется почти невыносимым испытанием.

После поражения Гатса следующим, что он ощутил, стала тяжелая и важная потеря. Он лишился единственного человека, который был для него не просто соратником, а по-настоящему близким другом, перед которым Гриффит мог снять маску безупречного лидера, показывая свои слабости и темную сторону. В этот момент он также осознал, что Гатс значит для него больше, чем он сам значит для Гатса. Впервые Гриффит понял, что оказался во власти Гатса, и ощутил ту самую зависимость, от которой пытался убежать с самого детства.

Гриффит всегда верил, что замок, армия и власть принесут ему полную свободу, но именно тогда понял, что на самом деле зависит от Гатса. Ни его армия, ни власть не могли дать ему той свободы, к которой он стремился. Это осознание сильно надломило его, и он начал невольно копаться в себе, переосмысливать свою мечту и задаваться вопросом, что на самом деле значит быть свободным. Гатс, уходя сам не зная куда, помимо следов на снегу оставил глубокие раны, которые не могли зажить самостоятельно.

Окончательно уйдя, Гатс ощущает сильную тоску и одиночество. Его мучает страх, что он снова убегает от чего-то бесценного, что уже невозможно вернуть. Среди этих мыслей он встречает Рыцаря Черепа, который предостерегает его о грядущих событиях и необходимости сражаться за жизнь. После этого Рыцарь уходит и оставляет Гатса в полном одиночестве.

Этим же вечером Гриффит тайно пробрался к Шарлотте. Он надеялся отвлечься от пугающих мыслей и позволить им сгореть в ее тепле. Однако тревога за мечту и свои ценности не исчезла, а лишь ненадолго отступила, в то время как боль от потери самого близкого человека усиливалась и доводила его до слез. Услышав шум, служанка заглянула в глазок и увидела их, после чего сразу побежала докладывать королю о случившемся.

Наутро Гриффит тайно ушел, оставив фигурку рыцаря, которую обещал вернуть, и ландыши как знак своей заботы и присутствия, не привлекая внимания и сохранив жест в тайне.

Тайно выходя из королевского замка, Гриффита задержали по подозрению в измене и бросили в темницу. Король же в это время проверил все своими глазами и стал свидетелем близости Гриффита с принцессой, что стало основанием для обвинений в измене и привело к его заключению.

До этих событий король Мидланда считался достойным и рассудительным правителем, хотя втайне оставался глубоко одиноким человеком. После смерти супруги он пытался заглушить душевную боль и полностью погрузился в государственные дела. Год за годом он нес бремя власти в одиночку, окончательно жертвуя личным счастьем ради долга перед короной.

Единственным светом в его жизни оставалась Шарлотта. Она была той, ради кого он продолжал править и находил силы терпеть тяжесть власти, одиночество и внутреннее выгорание. Несмотря на свои страдания, он оставался справедливым монархом и ставил интересы государства выше происхождения или титулов. Именно по этой причине он принял отряд Гриффита, невзирая на их низкое сословие, и по достоинству вознаградил их за службу. Он пошел против воли дворян ради процветания страны и блага своих подданных, доказывая верность своему долгу.

После всех страданий, которые пережил король ради Шарлотты, он увидел предательство сразу двух людей: Белого Сокола Гриффита, на которого возлагал огромные надежды, и собственной дочери. Для человека, который долгие годы жил лишь долгом и ради нее, это стало последним ударом, окончательно разрушившим его и лишившим последней опоры.

В темнице король заканчивает свой монолог о Шарлотте и теряет дар речи, когда Гриффит разоблачает его слабость. Сокол прямо называет правителя одиноким и жалким стариком, который не способен найти смысл жизни ни в чем, кроме своей семнадцатилетней дочери. При этом Гриффит до последнего сохраняет величественный вид, даже под ударами плети и будучи закованным в кандалы. Однако теперь Сокол больше не взлетит, так как сломанные крылья навсегда лишили его неба.

Отдав Гриффита в руки самого жестокого палача, король, взбешенный правдой, брошенной ему прямо в лицо, разрешает делать с ним все, что тот пожелает, лишь бы не убивать его целый год. Он хочет, чтобы горделивое лицо Гриффита навсегда утратило свой прежний величественный вид.

Слова Гриффита заключенного в кандалы:

"Никчемно. Да… это так… никчемно"

Относится вовсе не к королю, а к нему самому. Весь путь, который он начал ради независимости, обернулся потерей этой самой независимости из-за привязанности к Гатсу. Весь путь, который он строил годами вместе с самыми близкими ему людьми, рухнул, потому что он позволил слабости взять над собой верх.

Вернувшись в замок на пределе нервного срыва, король поднимается к Шарлотте, желая снова увидеть то, ради чего он продолжает жить, и успокоить свое сердце. Но, видя, что лицо и тело Шарлотты стали идентичны ее матери, у короля случается нервный срыв. Не контролируя себя, он набрасывается на собственную дочь, пытаясь почувствовать ее тепло и любовь, находясь на самом пределе.

Король пришел в себя только после удара Шарлотты. Услышав ее отчаянные крики и мольбы к Гриффиту о спасении, он в ужасе отступил назад. С этого мгновения монарх окончательно возненавидел свою слабость и самого Гриффита, считая именно его виновником своего падения и того безумия, до которого он дошел. Впоследствии король глубоко сожалел о случившемся и больше никогда не причинял вреда дочери, пытаясь искупить вину и наладить отношения. Однако в глазах Шарлотты он навсегда остался монстром, и она пресекала любые его попытки пойти на контакт.

После этих событий обезумевший король объявил Гриффита предателем и заклеймил его позором, приказав армии уничтожить все его отряды. Каска взяла командование на себя и рисковала жизнью ради спасения людей. Даже получив пять ранений от стрел, она продолжала защищать остальных. Для Банды настали худшие времена. Постоянные преследования измотали всех, и в строю остались лишь самые верные. Ими двигала слабая иллюзорная надежда на то, что после возвращения Гриффита все снова станет как прежде, и их идол вновь укажет им путь.

После побега от преследователей Каска провела три дня и три ночи на грани смерти. Все это время она оставалась без сознания и в бреду звала на помощь Гриффита и Гатса.

Проснувшись, Каска осознала, что ее мечта быть мечом Гриффита перестала быть правдой. Когда-то она искренне верила в это предназначение, но со временем полюбила Гриффита и лишь обманывала себя мыслью, что остается рядом с ним только ради преданности его делу.

В день ухода Гатса Каска впервые осознала, что рядом с Гриффитом для нее больше нет прежнего места. Ее старая мечта умерла.

После нападения на банду она отчаянно пыталась оберегать людей и командовать ими так, словно на ее месте был сам Гриффит. Она продолжала бороться за почти разрушенную мечту человека, которого, возможно, уже даже не было в живых. Каска делала это, потому что без этой слабой и бесплодной надежды у нее не осталось бы совсем ничего.

Спустя месяц в заснеженный город вернулся глава семейства Федерико Вандимион. Придя в поместье и окончательно устав от выходок шестнадцатилетней Фарнезы, Федерико решил выдать ее замуж за знатного человека из королевской семьи. Не решившись ничего противопоставить отцу, Фарнеза тихо соглашается на этот брак.

Не выдержав давления грядущих событий, обнаженная Фарнеза выбегает из замка. Когда Серпико догоняет ее, она решает полностью открыться ему. Фарнеза признается, что боится покидать поместье, ведь во внешнем мире для нее нет места. Она верит, что если Серпико заберет ее и они сбегут вдвоем, то смогут начать новую жизнь, потому что он такой же надломленный человек, как и она сама. Однако Серпико отвечает холодным безразличием. Грубо тряся ее за плечи, он пытается привести девушку в чувство. Не услышав тех слов, на которые так надеялась, Фарнеза со слезами на глазах убегает прочь.

Глядя на убегающую и окончательно сломленную Фарнезу, Серпико вспоминает о матери и отце. Он задается вопросом, почему он не способен разорвать связывающие их кровные узы и сбежать от этих оков. Потеряв последнюю опору в лице Серпико, Фарнеза в отчаянии сжигает поместье. Увидев этот позор, отец решает отменить свадьбу и отправляет свое дьявольское дитя в монастырь вместе с верным слугой. Но с того дня между ними не осталось ничего, кроме формальных отношений госпожи и подчиненного, а все остальное было навсегда похоронено в прошлом.

Дни, проведенные в безмятежных молитвах, подарили Фарнезе краткий миг спокойствия, но имя Вандимион не позволяло ей долго наслаждаться этой свободой. Вскоре ее назначили лидером рыцарей Святой Железной Цепи. Вице-командиром отряда стал Азан по прозвищу Железный Посох. Ранее он был известен как Рыцарь Моста, так как в одиночку остановил почти сотню всадников на узкой переправе ради спасения раненого старика.

Тогда же буйные еретики начали поджигать храмы и дворянские поместья, а рыцарей Святой Железной Цепи в обязательном порядке отправили на их поимку. Словно одержимая, леди Фарнеза лично возглавляла эти гонения. Столь усердное исполнение долга заставляло даже Верховный суд содрогаться от восхищения ее жестокостью.

Пламя, положившее фундамент ее личности еще в детстве, окончательно выжгло ее сердце. Вид огня стал для нее единственным источником сильных эмоций. Огонь позволил ей убежать от внутреннего страха, но вместе с тем он уничтожил в ее душе все остальное.

Проводя время среди элиты, ненавидящей бедняков, Серпико четко видел огромный разрыв между этими мирами, ведь он сам вырос среди простых людей. Еретики вовсе не поклонялись дьяволу, они были членами сект и лишь выражали несогласие с тем, что все богатства принадлежат дворянству и церкви. Проповедь равенства перед Богом жестоко каралась властями. Угнетение всех, кто угрожал их положению, доходило до крайнего насилия и на деле означало полное уничтожение целых семей.

Но ничто не могло ранить его сердце так сильно, как вид матери, привязанной к столбу. Увидев ее, Серпико, вопреки прежней ненависти, не сумел остаться равнодушным и вновь почувствовал мучительную жалость. Он замер в оцепенении, не решаясь сделать ни единого шага.

Пока элита начинала о чем-то подозревать, Фарнеза избавила его от мучительного ожидания и страха, протянув факел и заставив вместе с ней пережить эту ужасную сцену. Она понимала, что если не принудит Серпико в тот самый момент, он никогда не решится на такой шаг самостоятельно.

После этого события Серпико больше никогда не мог спокойно смотреть на пламя, каким бы оно ни было.

Покинув отряд Сокола, Гатс отправился в горы ради того, чтобы отточить свое мастерство владения мечом. Скитаясь от одной вершины к другой, он набрел на хижину старого кузнеца по имени Годо. Тот добывал руду и пытался в одиночку прокормить приемную дочь Эрику, которая осталась сиротой после гибели семьи на войне.

Не знавший ничего, кроме холодной стали, Годо приютил девочку, и это позволило ему, привыкшему жить лишь работой и металлом, впервые по-настоящему почувствовать себя человеком.

Через разговоры с Годо Гатс находит свой смысл жизни не в абстрактной мечте, а в самом пути. Видя всю свою суть в мече, он осознает, что это единственное, что было с ним дольше всего, и то, к чему он прикасался чаще, чем к чему-либо другому. Искры, возникающие при столкновении клинков, полностью рассеивают лишние мысли. Азарт битвы, наполняющий его изнутри, заставляет Гатса постоянно улучшать свои навыки и испытывать себя, сражаясь с более сильными противниками.

Спустя год в разгаре дня мужчина средних лет вместе с сыном охотился, чтобы обеспечить свою семью пропитанием. К вечеру, поймав достаточно дичи и обучив своего юного сына основам охоты, они начали возвращаться домой к ждущей их матери.

Мужчина не обладал сильным телосложением или выдающейся физической мощью, он был скорее худощавым и слабым из-за постоянных трудов и недостатка пищи. Но в этот раз, обрадованный удачной охотой, он не давал мрачным мыслям завладеть собой.

Вернувшись домой, они с сыном заподозрили неладное из-за сильного шума, доносившегося изнутри. Когда они открыли дверь, перед ними предстала по-настоящему ужасающая сцена. Жена мужчины была изнасилована и убита разбойниками, которые искали еду и ценности. Почувствовав утрату и отчаяние, мужчина сразу же захлопнул дверь и бросился бежать, крепко сжав руку сына. Грабители, заметив их, тут же пустились в погоню.

Однако из-за слабого и изможденного тела мужчина не мог бежать достаточно быстро, чтобы оторваться от преследователей. Ради спасения сына ему приходилось выжимать из себя последние силы. В отчаянном беге мужчина не заметил скрытый в высокой траве камень странной формы. Когда он наступил на него, подошва соскользнула, а стопа резко подвернулась. Раздался короткий сухой хруст. Мужчина не удержался и повалился на землю, едва не вывихнув плечо сыну. Он попытался сразу вскочить, но нога подломилась из-за сломанной лодыжки.

Настигнувшие их разбойники сразу начали избивать отца. Юного сына, обладавшего почти девичьей красотой, они принялись раздевать с явным намерением изнасиловать так же, как они сделали с его матерью. Слушая крики ребенка, мужчина лишь сильнее ненавидел себя за свою немощность. Закончив избиение, они поставили его на колени и заставили смотреть на ужасную сцену издевательств над сыном и его последующее убийство.

Когда отчаяние достигло предела, странный камень начал меняться. Части миниатюрного лица на нем переместились и встали на свои места. В следующее мгновение из открытого рта вырвался резкий и потусторонний крик. Образовалось густое темное облако, поглотившее мужчину. Вскоре он очнулся в незнакомом пространстве, где было невозможно определить направление. Воздух здесь был тяжелым и липким, пропитанным резким мускусным запахом. Под ногами ощущалась не твердая земля, а живой шевелящийся слой. Повсюду, насколько хватало глаз, кишели сотни тысяч королевских кобр. Над этим месивом поднимались тысячи голов с раздутыми капюшонами, а их непрерывное шипение заполняло весь разум.

Сверху раздался голос:

"Ты, кто привел в действие закон причинности. Твое отчаянное стремление рассекло пространство и привело нас сюда."

Мужчина поднял голову и увидел четыре темные фигуры, возвышающиеся над ковром из извивающихся кобр. Четверо существ, называвших себя Божественной Рукой: Войда, Слан, Убика и Конрада.

"Жертва" произнес Войд.

Жертва?.. переспросил мужчина.

Улыбнувшись, Слан ответила:

"Кто-то важный для тебя. Часть твоей души. Принеси его в жертву нашему роду, и ты разорвешь связь с человечностью. В твоем сердце откроется трещина, в которую ворвется истинное зло."

"Кто?..."Спросил мужчина

Войд протянул руку, и в пустоте открылось видение. Мужчина увидел своего сына. Разбойники уже повалили мальчика на землю. Ребенок плакал и молил о смерти, пока над ним издевались те же люди, что убили его мать.

Пока он смотрел в окно видения, на него нахлынул новый поток чувств. Боль в сломанной лодыжке вдруг показалась ему смехотворной по сравнению с той яростью, что затапливала разум. Он до глубины души возненавидел свою человеческую слабость и мышцы, которые подвели его в тот момент, когда нужно было бежать быстрее. Мужчина осознал, что именно его немощность и хрупкость стали истинными убийцами его жены и теперь уже его сына.

Но следом пришла всепоглощающая ненависть ко всему человечеству. Он видел в разбойниках не просто врагов, а истинное отражение людей. Для него они стали лишь кусками плоти, движимыми похотью и животным желанием терзать тех, кто слабее.

Он вспомнил свою жизнь на границе Мидланда. Годы бесконечной войны, когда им с семьей оставалось только дрожать от страха в надежде, что их скромный дом не заметят. Он видел, как разоряли соседние деревни поблизости. С одной стороны приходили чужие солдаты, сжигая урожай и забирая последнее. С другой являлись свои и тоже отнимали еду, чтобы оплатить очередную бессмысленную бойню. Для всех них он и его близкие были не людьми, а ресурсом, скотом, которого даже не замечают. Разбойники, терзавшие его сына, казались лишь логичным продолжением этого порочного мира.

Со словами «Я жертвую» он пожелал навсегда перестать быть частью этого мира, тем самым куском плоти, который люди терзали ради своих интересов. В ту же секунду, как он произнес это в глубине своей души, лоб его сына пронзила острая вспышка боли. На коже ребенка проступило клеймо, из которого начала сочиться густая кровь. В мгновение, когда тело мужчины заполнилось сверхъестественной силой, в его подсознании всплыл образ кобры. Это существо всегда было для него воплощением скрытой угрозы и мгновенной смерти. Его старые рефлексы следопыта окончательно исказились, превращаясь в нечто темное и хищное.

Сняв все ограничения, теперь для него не было разницы между разбойником насилующим ребенка и тем самым ребенком, которого насилуют. Он видел перед собой лишь два куска мяса, один из которых был сильнее другого в данный момент.

И лишь остатки теплых чувств к сыну заставили мужчину, обращенного в подобие кобры, с милосердием отсечь голову ребенка, тем самым лишив его будущих мучений. Покончив с этим, он с жадностью принялся давить, съедать и терзать разбойников до тех пор, пока от них не остались лишь бесформенные груды плоти и реки крови.

Покончив со всем этим, он мог лишь с яростью кричать, требуя новых жертв для своей жестокой забавы. Лесники, увидевшие в свете уходящего солнца силуэт исполинской кобры длиной в несколько десятков метров, могли лишь дрожать от неконтролируемого страха.

Спустя три дня, отточив свои навыки до нужного уровня, Гатс уходит из гор, чтобы проверить себя на первом попавшемся турнире. Договорившись о поединке, он встречает серьезного противника, Силата из Кушанской империи. Опытный воин, Силат сочетает невероятную скорость и восточный стиль, совершенно незнакомый для Мидланда, благодаря чему он легко побеждает всех соперников до встречи с Гатсом. Однако Гатс, прошедший год изнурительной подготовки, без особого труда одерживает победу, вызывая всеобщее ликование толпы.

Закончив поединок, Гатс узнает о масштабной охоте на банду Сокола и немедленно отправляется им на подмогу.

За год скитаний благородные Рыцари Белого Феникса, насчитывавшие ранее около пяти тысяч элитных бойцов, превратились в небольшую шайку численностью менее двухсот измотанных и раненых воинов. Постоянные преследования стали невыносимыми, а остатки солдат держала вместе лишь надежда на спасение Гриффита и возрождение банды. Сломленная крушением мечты, Каска едва могла заботиться о себе, и единственной опорой для нее оставался Джудо, постоянно оберегающий и поддерживающий ее в это темное время.

Обнаружившие лагерь бандиты отправились к своим отрядам за подкреплением, чтобы окончательно разгромить Соколов и получить награду. Силата, чуть не убившего Каску, останавливает внезапно появившийся Гатс, тем самым спасая шансы отряда на выживание. После того как Гатс вновь побеждает Силата и разгоняет бандитов, Соколы могут вздохнуть спокойно.

Вернувшийся в банду Гатс сразу привлекает всеобщее внимание, вдохновляя воинов надеждой на светлое будущее. И лишь Коркас остается в стороне, не разделяя искреннего восторга остальных.

До вступления в банду Коркас был главарем собственной воровской шайки. Соколы сломили его и поставили на место, после чего он стал частью их отряда. После пленения Гриффита Коркас окончательно похоронил в себе все прежние амбиции. Он превратился в фанатично преданного воина, боготворящего своего командира не из истинного благородства, а потому что в противном случае его собственное эго оказалось бы окончательно разрушено.

По этой причине Коркас изначально ненавидел Гатса, и даже когда Гриффит проиграл в том поединке, он не смог признать эту победу, списывая все на нелепые отговорки. Когда Гатс начал говорить о своих собственных мечтах, Коркас увидел в нем отражение самого себя, того человека, который когда-то не желал сдаваться под тяжестью амбиций Гриффита. Именно поэтому он так яростно не хотел поддерживать Гатса, ведь его успех означал бы окончательную никчемность пути самого Коркаса.

Но несмотря на все свои недостатки, Коркас оставался Соколом до мозга костей. Он прошел с бандой через все немыслимые трудности, через поражения и ужасы бесконечных битв. Даже во время жестоких гонений он не сбежал ради спасения собственной шкуры, а продолжал подставлять спину, защищая товарищей в бою. Он шел вместе с ними навстречу верной смерти, в глубине души не веря, что Гриффит все еще может быть жив. Коркас следовал за бандой даже тогда, когда надежды не осталось, понимая, что впереди его ждет лишь неизбежная смерть.

По этой причине Коркас больше не мог называть Гатса капитаном. Тот покинул Соколов ради личных целей и не был рядом с бандой в те времена, когда им было по-настоящему хреново. Коркас не понимал, почему того, кто бросил их, и тех, кто шел вместе на верную смерть, теперь ставят в один ряд. И тем не менее, несмотря на глубокое недоверие, Коркас сумел перешагнуть через себя и признал Гатса способным новичком, тем самым формально принимая его обратно в банду.

Каска, позвав Гатса для разговора наедине, внезапно нападает на него в попытке выплеснуть скопившуюся боль, прекрасно зная, что не сможет нанести ему серьезного вреда. Однако после горьких обвинений в разрушении их общего дома и слов о Гриффите он внезапно перестает защищаться, безмолвно позволяя ей ранить себя. И сколько бы Каска ни винила Гатса, как бы ни твердила, что ненавидит его за разрушенную мечту, в глубине души она все равно продолжает его любить.

Раскрывая невыносимую боль от гибели своей мечты и тяжесть, которую она больше не в силах нести в одиночку, Каска прыгает с обрыва, желая, чтобы Гатс позаботился об остальных вместо нее. Однако Гатс успевает поймать ее в последний момент и целует, впервые так открыто проявляя свою глубокую любовь и искреннюю заботу.

Через эту близость Гатс пытался вытащить ее из того состояния, в котором она оказалась. Он не особо понимал, как еще ей помочь, поэтому решил просто быть рядом и согреть ее своим теплом.

Увидев, что у Каски никого не осталось, кроме него, Гатс внезапно сталкивается с воспоминанием о насилии со стороны Донована. Подсознание возвращает его в тот момент, когда у него не было ни выбора, ни возможности сопротивляться. Теперь он воспринимает происходящее так, будто Каска находится в том же положении, и он сам становится для нее угрозой.

В этом состоянии Гатс начинает душить Каску, но на самом деле видит перед собой не ее, а самого себя, маленького и беспомощного. Его действия направлены не на нее, а на ту часть себя, которую он ненавидит. Подсознательно он принимает мысль, что должен был умереть еще тогда, потому что приносит окружающим лишь несчастья. Смерть Донована и Гамбино, боль Гриффита и Каски, упадок всего отряда, все это складывается в убеждение, что именно он является источником всех бед. Слова Гамбино о том, что Гатсу стоило погибнуть еще при рождении, окончательно закрепились в его сознании, и в этот момент он через Каску пытается уничтожить самого себя.

Придя в рассудок, он винит себя в смерти Гамбино и признается, что на самом деле не хотел его убивать. Гатс даже не предполагал, что направленный им меч окажется в горле наставника, так как был уверен, что Гамбино легко увернется от удара. Впав в истерику и впервые назвав Гамбино своим отцом, Гатс окончательно приходит в себя и осознает весь масштаб своей внутренней боли.

После этого уже Каска берет на себя инициативу и обнимает его. А Гатс говорит, что теперь они смогут залечить раны друг друга. Он хочет верить в возможность перемен, надеясь занять новое место в ее сердце и перестать быть только источником боли, начав отдавать что-то ценное взамен.

Сон, в котором маленький Гатс натирает нос лекарством, полученным от Гамбино, а рядом поблескивает огромный меч, символизирует эту робкую надежду. Как когда-то он пытался справиться со своими травмами в одиночку, так теперь они с Каской смогут помогать друг другу.

Рассказав Каске о своих странствиях и обретенном смысле жизни, Гатс понимает, что больше не готов оставаться в банде. Однако теперь он не собирается бросать Каску и зовет ее уйти вместе с ним. Именно в этот момент Гатс впервые выбирает себя и собственный путь, окончательно отказываясь от слепого желания снова увидеть в Гриффите друга.

Гриффит, запертый в беспросветной тьме и лишившийся собственного тела, вспоминает о прошлом и о мечте, путь к которой он проложил через горы трупов. Но во всей этой пустоте для него существует лишь один образ, и это образ Гатса. Словно вспышка молнии посреди ночи, он ослепляет и раз за разом накатывает новой волной противоречивых чувств. Злоба, дружба, ревность, бессилие, сожаление, нежность, скорбь, боль и голод сливаются в один огромный вихрь. Среди этих эмоций нет какой-то одной главной, но все они одинаково важны, так как стали для Гриффита единственной нитью, не дающей окончательно сгинуть в этой темноте.

На фоне самого дорогого человека для Гриффита весь тот хлам в виде замка больше не имеет никакого значения. В этот момент его мечта о собственном королевстве и свободе меркнет перед образом Гатса, который стал для него единственной реальностью в окружающей пустоте.

Среди этой тьмы теперь открывается иная реальность. Мучающиеся души, пришедшие на зов страданий Гриффита и называющие его принцем желания, дали ему одним глазком посмотреть на новую будущую семью.

Банда Сокола разделилась на две группы. Основной ударный отряд во главе с Гатсом и Каской отправился на спасение Гриффита из темницы, в то время как раненые и небоеспособные бойцы остались ждать в лагере.

Спустя три дня пути отряд спасения Гриффита снова разделился на две части. Чтобы не привлекать лишнего внимания и не вызывать подозрений у столичной стражи, почти все солдаты остались в лесу в десяти километрах от Виндхейма.

В саму столицу отправилась лишь небольшая группа в составе Гатса, Каски, Джудо и Пиппина. Через секретный ход на старом кладбище отряд пробирается в город, где их встречают Анна и принцесса Шарлотта. Именно они на протяжении всего года были информаторами банды, тайно передавая сведения о состоянии Гриффита. Шарлотта лично пришла на встречу, чтобы стать проводником для отряда спасения и помочь им беспрепятственно проникнуть в самую глубокую часть Башни Возрождения.

Настойчивость и искренняя любовь Шарлотты в итоге убеждают Каску, и та соглашается взять принцессу с собой для вызволения Гриффита. Как только группа скрывается в недрах башни, повествование переносится к раненым бойцам, которые остались ждать в лагере.

Отряд раненых в лагере получил второе дыхание, так как все бойцы были вдохновлены скорым возвращением Гриффита и верой в восстановление былого величия банды. Товарищ Рикерта, обрабатывавший рану другому солдату, попросил его сбегать за водой, которая уже начала заканчиваться. Выслушав просьбу, Рикерт взял сосуды и отправился к реке.

Услышав крики со стороны лагеря, Рикерт сразу бросился обратно, уверенный в нападении вражеских солдат. Но вместо человеческой армии он увидел кровавое пиршество, где Граф пожирал тела его товарищей, а вокруг кружили кошмарные существа Розины. Скованный ужасом Рикерт мог лишь дрожать, наблюдая за гибелью последних выживших Банды Сокола. В самый критический момент его спасает внезапно появившийся Рыцарь Череп, который заявляет монстрам, что им нет смысла тратить здесь время, так как его осталось слишком мало. Исчезнувшие существа астрального мира оставили Рикерта одного среди тел товарищей.

Пройдя через всю башню и спустившись на самый нижний уровень, они находят камеру Гриффита. Внутри лежал их лидер, лишившийся всех сил и прежнего облика. Мучитель, истязавший Гриффита целый год, перерезал ему сухожилия на руках и ногах, морил голодом и лишал сна. Чтобы сломить его волю, палач снимал с него кожу, вырывал ногти, применял раскаленное железо, лил кипяток и вырвал язык. После всех ужасающих пыток от былого величия Гриффита осталась лишь тень.

Гатс, увидевший Гриффита в таком состоянии, не смог сдержать дрожь и слезы, настолько это зрелище надломило его изнутри. Услышав от мучителя подробности всех истязаний, Гатс направил всю свою накопившуюся ярость именно на него. Он расправился с палачом максимально болезненным способом, сначала отрезав ему язык, а затем сбросив его с огромной высоты в пустоту башни.

Эта ярость была настолько велика, что одной лишь смерти палача оказалось недостаточно. Подоспевшие солдаты Мидланда, которых успел вызвать мучитель перед смертью, стали для Гатса отличным способом выплеснуть весь накопившийся гнев.

Превращая солдат в разрубленные ошметки, Гатс за считанные секунды выбежал из башни и попутно убил их капитана. Лучников, которые уже стояли на возвышенности и были готовы открыть огонь, останавливает сам король. Причиной стала принцесса Шарлотта, фактически оказавшаяся в заложниках у отряда спасения. Вместо массового обстрела король решает задействовать элитных убийц и приказывает вызвать сильнейших представителей клана Бакираки.

Бакирака были группой бойцов, пришедших с далекого востока. Во времена войн они уничтожили сотни высокопоставленных представителей и вассалов из разных стран, благодаря чему считались сильнее армии из десяти тысяч обычных солдат. Король, окончательно отдавший приказ об убийстве всех Соколов и спасении принцессы, отправляет этих наемников вперед для немедленного перехвата отряда.

Проходя через канализационный туннель под Виндхеймом, Гатс получает возможность хоть немного передохнуть после кровавой бойни в башне. Бегущая рядом Шарлотта, которая своими глазами увидела все раны Гриффита и осознала, что он навсегда лишился языка, все равно не меняет своего решения. Она твердо намерена оставаться с ним рядом, невзирая на его тяжелое состояние и ужасающие увечья.

Напавшие Бакирака случайно задевают принцессу дротиком со смертельным ядом и сразу предлагают сделку. Они обещают отступить, если отряд отдаст им Шарлотту, иначе без противоядия она неизбежно умрет. В последний раз обняв Гриффита, Шарлотта не хочет уходить, но тот успокаивает ее, одними губами давая понять, что еще вернется за ней. Группа отдает принцессу, однако наемники нарушают уговор и атакуют снова. Несмотря на коварство врага и тяжелое положение, благодаря хитроумному плану Джудо отряду удается с трудом одолеть Бакирака и убить их.

Разочарованный и окончательно отчаявшийся король лично убивает последнего выжившего представителя Бакирака. В порыве ярости он отдает приказ рыцарскому ордену Черных Псов любой ценой догнать беглецов и уничтожить Гриффита.

После ухода из Виндхейма группа Гатса прибыла на место сбора, чтобы забрать своих лошадей. Оставшиеся недалеко от города сторонники Гриффита даже одолжили им повозку, добавив при этом, что помощь лорду Гриффиту является для них большой честью. Благодаря этой поддержке отряд получает долгожданную возможность быстрее увозить раненого командира подальше от столицы.

Сидя в повозке, Гриффит, когда-то великий Белый Сокол, смотрит на замок на далеком горизонте. Из его изувеченных пальцев медленно ускользают цветы, олицетворяя окончательную потерю мечты стать свободным, которую из-за искалеченного тела больше невозможно осуществить.

За скрывшимися героями следуют те, кого трудно назвать рыцарями, несмотря на их формальное звание. Вьяльд, возглавляющий погоню, решает развлечься перед началом охоты на Сокола. Он нападает на мирную семью, которая помогла отряду Гатса, насилует самую красивую девушку и в итоге жестоко убивает ее вместе со всеми родственниками.

Вьяльд продолжает погоню и настигает Соколов, вывешивая вместо знамен изуродованные трупы и части тел той самой семьи. Эти страшные трофеи служат для отряда Гатса прямым предзнаменованием их скорой и мучительной смерти.

Начиная атаку, Гатс вступает в яростную схватку с Черными псами и Вьялдом, чтобы выиграть драгоценное время для отступления повозки с Гриффитом. Он быстро понимает, что перед ним стоят не обычные солдаты, а банда безумцев, которые боятся своего командира гораздо больше смерти.

Когда Вьяльд настигает Гатса, тот в ярости наносит удар, пытаясь отомстить за растерзанную семью, но внезапно снова оказывается скован странным и глубоким страхом. Его удар, совершенный со всей силы, Вьяльд останавливает всего одной рукой. Если бы не вовремя пришедший на помощь Пиппин, рука Гатса оказалась бы неминуемо сломана, а сам он убит.

Вмешательство Пиппина дает Гатсу возможность прийти в себя и окончательно осознать, что перед ним находится такой же монстр, как Рыцарь Череп или Зодд. После тактического отступления Гатса и Пиппина рыцари Вьяльда попадают в заранее подготовленную ловушку, которая полностью разрушает мост. Это дает Банде Сокола необходимую фору, чтобы быстрее добраться до своей второй части и соединить силы. Но Черные Псы вновь быстро настигают команду, из-за чего измотанным бойцам приходится снова активировать заготовленные ловушки. В момент, когда враги уже почти настигли отряд, на помощь приходит вторая половина банды, которая прикрывает отступление и немедленно вступает в бой.

Черные Псы вступают в полномасштабный бой с Соколами, и пока основные силы сталкиваются друг с другом, Гатс вновь бросает вызов Вьяльду. Он надеется свести с ним счеты за все совершенные зверства и остановить это безумие. Вьяльд же, демонстрируя свое полное превосходство и издеваясь над противником, ловит меч Гатса зубами, что накатывает на воина новой волной отчаяния. Но все еще держащий себя в руках Гатс не сдается и продолжает этот изнурительный бой.

На другой стороне сражения Черные Псы в пух и прах проигрывают профессиональным воинам, которые движимы новой надеждой и верой в своего лидера. Позорное бегство подчиненных с поля боя вызывает у Вьялда приступ неконтролируемой ярости. Жестоко убив собственных солдат, он решает взять ситуацию в свои руки и перевоплощается в свой истинный дьявольский облик. Ударив Гатса вырванным деревом, монстр заставляет воина потерять сознание и погрузиться в сны. Вьяльд, продолжая свою кровавую вечеринку, одним сокрушительным ударом убивает десятки людей, а найдя Каску, заявляет о желании изнасиловать ее.

Придя в себя, Гатс снова вступает в бой и отрезает Вьяльду член, что вызывает приступ дикого бешенства. Гатс умело воспользовался этим состоянием, ведь слепая ярость сделала Вьяльда неосторожным, позволяя ему наносить весомые удары и даже повалить гиганта на землю. Однако монстр быстро взял себя в руки, сдавил противника мощными ногами и со всей силы швырнул его в гущу деревьев. После еще нескольких смертоносных атак Гатс снова теряет сознание от боли и истощения. Но, вспоминая недавний разговор с маленькой Эрикой и свою истинную цель, находит в себе скрытые резервы, просыпается и атакует с новой силой, нанося Вьяльду глубокие раны.

Гриффит наблюдал за боем и чувствовал полную беспомощность. Он даже не смог просто взять в руки меч, оружие сразу вывалилось из пальцев с разрезанными сухожилиями. Глядя на то, как Вьяльд едва не изнасиловал Каску, Гриффит сильно занервничал, и только вмешательство Гатса принесло ему небольшое облегчение. Однако когда Гатс во второй раз оказался на грани смерти, Гриффит испытал такой сильный страх за него, что до крови закусил губу. Он злился на свое тело и на то, что ничем не может помочь в этой драке.

Едва стоявший на ногах Гатс замечает странную закономерность, ведь каждая рана на теле Вьялда затягивается почти мгновенно. Теперь Гатс действительно не понимает, как продолжать бой, и единственная идея заключается в том, чтобы просто отрубить врагу голову. Но ноги его больше не держат, несколько ребер явно сломаны, а Вьяльд уже полностью восстановил силы. Ко всему этому Гатс понимает, что его меч может просто развалиться от следующего же столкновения.

Для Гатса это сражение давно перестало быть обычным боем, ведь даже со сломанными конечностями или в глубоком обмороке он продолжал бы вырывать победу зубами. Даже если бы Вьяльд начал разрывать его тело заживо, Гатс все равно продолжал бы резать врага в ответ, и остановила бы его только окончательная смерть. В этот момент им движет не инстинкт самосохранения или простая ярость, а осознание того, что на кону стоит не только его судьба. Он понимает, что от него зависят жизни всех уцелевших Соколов, ставших для него единственным настоящим домом.

Из-за критического состояния тела и меча Гатс решает действовать по технике Гамбино и нападает на Вьяльда из слепой зоны. Чтобы отвлечь внимание врага, он использует тело его же мертвого солдата. Затем Гатс прыгает с дерева, предварительно нацепив свою броню на кусок бревна, чтобы Вьяльд купился на эту уловку. Из-за своего чувства полного превосходства и неряшливости Вьяльд действительно атакует ложную цель, чем и пользуется Гатс для решающего выпада.

Ломая меч о тело Вьяльда, Гатс не останавливается ни на миг. Даже когда сталь с треском разлетается, не выдержав сопротивления, Гатс сквозь боль в груди и хруст сломанных ребер вонзает обломок в горло демону. Этот выпад позволяет ему сместиться в слепую зону, где монстр не может его достать. Полностью опустошенный Гатс уже не способен глубоко резать плоть обрубком меча, поэтому он вцепляется в шею Вьяльда и пытается задушить его голыми руками. Понимая, что этого мало, он достает нож и начинает кромсать врага. Находясь в полуобморочном состоянии, Гатс продолжает наносить удары и игнорирует то, что его тело давно должно было отказать.

Вьяльд сильным ударом отбрасывает Гатса к дереву и сбрасывает его с большой высоты. Но даже после такого падения Гатс отказывается сдаваться. Находясь на грани сознания и почти без сил, он все равно был готов продолжать этот бой. К всеобщему удивлению, демон внезапно падает и теряет сознание от полученных ран. Это вызывает ликование у всего отряда и приносит огромное облегчение Гриффиту и Каске.

После битвы Зодд летит к месту сражения Гатса и Вьяльда. Он сам не до конца понимает причины своего визита, но осознает его важность. Это скорее внутреннее чутье апостола, а не чье-то прямое указание. Зодд просто следует за ощущением большой битвы, которая всегда была для него единственным смыслом жизни.

Каска и Джудо перевязывают Гатса и Гриффита, после чего оставляют их вдвоем. Уходя от повозки, Джудо сообщает Каске тяжелую правду. Гриффит больше никогда не сможет самостоятельно стоять или держать в руках меч. Каска с головой уходит в работу, стараясь заглушить душевную боль, а Джудо больше не видит для отряда никакого будущего, даже если им удастся покинуть границы Мидланда. В это время Вьяльд внезапно приходит в себя. Чувствуя приближение смерти, он убивает часовых и ползет к повозке, намереваясь захватить Гриффита.

Оставшись наедине, Гатс по безмолвной просьбе Гриффита надевает на него старые доспехи. Предаваясь воспоминаниям, Гатс пытается внушить другу надежду, которой на самом деле уже не осталось. Он говорит, что нужно просто подождать восстановления, и тогда Гриффит снова сможет махать мечом сколько захочет. При этом оба прекрасно понимают, что эти слова являются ложью.

Приблизившийся полумертвый Вьяльд переворачивает повозку и захватывает Гриффита в плен. Таким образом он пытается заставить его вызвать ангелов хранителей, четверку Божественной Руки. Вьяльд верит рассказам Зодда о том, что Гриффит должен стать пятым членом этой группы и вершить судьбу человечества.

Наблюдая за суетой вокруг, Вьяльд понимает, что глаза бойцов блестят не так, как у людей, сражающихся за свою жизнь. Это скорее похоже на взгляд детей, у которых отобрали любимую игрушку. Называя их счастье недолговечным, он заявляет, что их драгоценный лидер, за которого они готовы умирать, уже сломан.

Вьяльд лишает отряд последних иллюзий, открывая им глаза на правду. Он заявляет, что Гриффит больше не сможет бегать или стоять, а его отрезанный язык никогда не восстановится. Он прямо говорит, что никакой надежды больше не осталось. Когда атмосфера становится максимально приятной и безнадежной, Вьяльд начинает лихорадочно искать Бехелит, чтобы открыть воронку и спастись. Не найдя того, что ему нужно, он впадает в полное отчаяние от страха перед смертью, и именно в этот момент на место боя прилетает Зодд.

Под крики Вьяльда Зодд разрывает его на части и улетает, фактически спасая Гриффита. Когда несчастные души начинают затягивать Вьяльда в ад, всем открывается его настоящий облик. На месте огромного монстра оказывается слабый и маленький старик.

Выжив в этой тяжелой битве, все собрались, чтобы обсудить случившееся. Первым тишину прервал Коркас, который никак не мог поверить словам Вьяльда. Они планировали начать новую жизнь после спасения Гриффита и все исправить, но реальность оказалась иной. Джудо вернул Коркаса в реальность, сказав, что Гриффит больше никогда не сможет ответить на его вопросы. Все надежды отряда и лично Коркаса окончательно рассыпались. Он не смог сдержать слез и начал причитать, что заранее знал о невозможности идеального исхода. Сквозь рыдания он пытался закончить свою мысль о том, что теперь все кончено. Все понимали смысл его слов, но никто не осмелился продолжить, и лишь ветер объявил о завершении боя.

Все приняли новую реальность и начали думать о том, что им делать дальше. Каска и так сделала для отряда больше остальных, поэтому нельзя было требовать от нее чего-то еще. Только Гатс попытался подняться, но Каска намеренно прервала его движение. Она обратилась ко всем и сказала, что у них еще есть время.

Оставшись с Гатсом наедине, Каска говорит, что он стал намного сильнее, но теперь он должен действовать не только ради себя. Его поступки напрямую влияют на тех, кто потерял всякую опору. Этими словами она дает понять, что Гатс пока не готов брать на себя такую огромную ответственность, как не готова и она сама. Каска признается, как сильно ей хотелось бы, чтобы кто-то просто был рядом, после чего уходит менять повязки Гриффиту. Услышавший этот разговор Гриффит может лишь наблюдать за страданиями самых близких людей, не имея никакой возможности на это повлиять.

Параллельно с этим Гатс встречает Гастона, своего заместителя. Тот говорит ему, что отряд пойдет за ним, ведь когда Гатс рядом, они справятся с любыми невзгодами. Гатс окончательно осознает, что Банда Сокола стала для него настоящей семьей. Он понимает, что был слишком глуп и упрям, чтобы заметить это раньше. Все, чего он желал на самом деле, всегда было рядом с ним. Ему остается только жалеть о своем уходе и думать о том, почему он понимает такие важные вещи лишь в тот момент, когда все уже потеряно.

Меняя повязки Гриффиту, Каска пугается его тяжелого взгляда и случайно опрокидывает миску с водой. Воспользовавшись моментом, Гриффит отталкивает ее и ложится сверху, прижимая к земле. Каска начинает кричать и просит его остановиться, так как в первый момент думает о попытке изнасилования. Однако Гриффит даже не пытается сделать ничего подобного, он просто неподвижно лежит на ней. Этим жестом он хотел показать, что не желает для нее роли сиделки и не хочет, чтобы она страдала из-за его бессилия. Но этот поступок вызвал обратную реакцию. Каска только сильнее захотела остаться с ним, увидев его таким слабым и уязвимым, каким он не был никогда прежде.

Каска четко поняла это послание и прямо сказала Гатсу, что он должен уйти. Она осознала, что Гриффит не хочет быть для него обузой. Гатсу же оставалось лишь размышлять о том, почему он начинает ценить то, что ему дорого, только в моменты окончательной потери.

Услышав и этот разговор, рассудок Гриффита окончательно надламывается. Понимая, что его взаимоотношениям с Гатсом пришел конец, разум автоматически переключает внимание на мечту, чтобы спастись от безумия. Перед ним возникает образ Гриффита из прошлого, величественного и гордого воплощения той свободы, к которой он когда-то стремился.

Поддавшись этой иллюзии, он забирается в повозку и уносится прочь от отряда. Однако случайный камень на дороге рушит его планы. Вылетев из повозки, Гриффит погружается в видение, где вместо бесконечной погони за властью он выбирает тихую жизнь с Каской, Гатсом и остальными. К нему приходит странная мысль, что такая простая жизнь могла быть не так уж плоха.

Но пробуждение возвращает его к реальности искалеченного тела. Он понимает, что теперь ему недоступна ни великая мечта, ни спокойная жизнь в кругу близких. В порыве отчаяния Гриффит пытается покончить с собой, но терпит неудачу. В этот миг его пронзает последняя страшная мысль, теперь он не властен даже над собственной смертью. Это окончательно разрывает его с реальностью.

Но вдруг, коснувшись пальцами талисмана, потерянного еще год назад, Гриффит чувствует начало необратимых перемен. Вспоминая слова Зодда и Вьяльда, он ощущает, как луна начинает медленно затмевать солнце.

Заметив отсутствие Гриффита и повозки, Гатс спешит на помощь своему другу. Он окончательно теряется в догадках и не знает, как поступить. Трудно подобрать слова для человека, чья жизнь оказалась разрушена по твоей вине, даже если ты просто хочешь догнать его и вернуть в лагерь. Но внезапно Гатс замечает солнечное затмение, которое знаменует начало катастрофы.

Гатс замечает на горизонте странные тени. Тысячи существ, каждое из которых кажется таким же опасным и зловещим, как Зодд, замерли в ожидании, но сейчас это не имеет значения. Его единственная цель заключается в том, чтобы забрать Гриффита и бежать оттуда как можно быстрее.

Видя приближение Гатса, Гриффит всеми силами пытается закричать ему, чтобы тот не подходил ближе. Из-за шума ветра слышно лишь едва различимое тихое хрипение. Если сейчас Гатс настигнет его и положит руку на плечо, это лишь напомнит о невозможности быть со своей семьей и неосуществимости мечты, ради которой эта семья умирала. Это прикосновение вызовет новый вихрь отчаянных эмоций, которые он больше не в силах выносить.

С этим прикосновением Бехелит, который все время до этого спал, открыл свои глаза. Из них полилась багровая кровь, а рот издал потусторонний крик, разрывающий пространство и перемещающий людей в другое измерение. Прежняя поляна и красивое голубое небо сменились бесконечным множеством стонущих в агонии лиц. Это место стало воплощением внутреннего мира Гриффита и его терзаний от долгого пути, который всегда был наполнен трупами и кровью.

Опустошенный Рикерт ехал к границе в надежде встретиться с остальными друзьями, которые остались в живых. В пути он встретил труппу бродячих актеров, и те любезно согласились его подвезти. Скрывающийся среди них пикси по имени Пак подслушал разговор с гадалкой и через ее слова предугадал грядущие события, которые неизбежно последуют за солнечным затмением.

В это же время остатки банды Сокола своим искренним и отчаянным страхом раскрывают воронку все шире. Их ужас подпитывает наступающий кошмар и служит проводником для темных сил. Апостолы, которые пришли на зов инстинктов, тоже расширяют воронку своей жаждой крови и предвкушением пиршества. Эти две энергии сливаются в одну, окончательно стирая грань между миром людей и бездной. Реальность превращается в огромный алтарь для будущего жертвоприношения.

Первой из Божественной Руки, хранительницей человеческих желаний, явилась Слан. Следующим через брешь в пространстве прошел ангел Убик. Следом прямо из-под стонущих лиц появился Конрад. И последним, самым эффектным способом, чтобы понтануться и поважничать перед новичком, явился Войд.

Войд, с абсолютным почтением начал представление словами:

"В этом часу благословления..."

"Я приветствую вас в этой далекой обители, в этом призрачном времени."

"Вы, агнцы Бога, лишенного божественности, рожденного человеком..."

"Насладитесь же этим священным ночным фестивалем сполна."

"Тебя, благородное дитя, освященное законами Причинности."

"Сокол."

"Ты избранный. В этом месте и в это время."

"Тот, кто выбран Божественной Рукой великого Бога."

Подхватившие волну Конрад и Убик продолжили: "Мы твоя родня..."

"О, благословенный Король Желаний."

(Пожалуй, нужно сделать небольшое отступление. В официальном английском используется слово, обозначающее несколько значений. Longing не просто желание, как Desire, а глубокая, жажда чего-то, чего не хватает человеку или обществу. Этот элемент очень важен через две арки, помимо стремления к свободе, он проявится как двойной подтекст.)

(Его так называют потому, что через писания Святого Престола человечество тысячелетиями желало истинного короля. Когда момент отчаяния стал настолько огромен, что в арке Осуждения их коллективное желание смогло изменить реальность, даруя спасителя, без которого человечество никогда не изменится самостоятельно. Это просто невозможно, потому что вещь, которую нужно изменить, это сама человеческая природа, заставляющая людей страдать и искать высший смысл в боли, решая все проблемы страхом и тем самым запуская этот цикл снова и снова.)

(В японской версии все еще интереснее. Эти иероглифы 福王 имеют двойной смысл. Первое это благословленный король, а второе король счастья. Эти 渇望 означают сильную, острую жажду, но в них нет тоски или идеала, как в английском слове longing)

Наверное стоит продолжить. Слова этих божественных существ вызвали у всех парализующий страх, а в сердце Гатса вспыхнула кипящая ярость. Он отказывается верить, что Гриффит может превратиться в одного из них и начать распоряжаться человеческими судьбами. На все выкрики и оскорбления Божественная Рука лишь ответила издевательским смехом. Слан, заметив отчаянное стремление этого воина защищать, сразу поняла истинную ценность его души. Она осознала, что Гатс станет идеальной жертвой для этого ритуала.

Убик продолжает развивать мысль Слан и поясняет, что с момента обретения багрового Бехелита Гриффит получил все нужные качества, чтобы в итоге стать демоном. Но через секунду он поправляет себя и говорит, что скорее этот талисман попал в его руки именно потому, что Гриффит уже обладал этими чертами

"То, что ты использовал Бехелит, чтобы призвать нас, является доказательством того, что ты достоин стать нашим сородичем."

"В конце концов, все Апостолы, собравшиеся здесь, использовали Бехелиты, чтобы обрести свой истинный облик."

Рассказывая об этом избранном предмете, Убик отходит на второй план и дает Слан возможность продолжить. Она описывает грядущие события и поясняет, что Гриффит принесет в жертву абсолютно всех присутствующих ради своего ангельского появления. Попутно она позволяет апостолам показать свой истинный облик. Вид этих чудовищ вселяет в отряд Гатса отчаяние, которое выходит за любую мыслимую грань.

Вознося Гриффита к алтарю для жертвоприношения, Гатс до последнего не выпускает его. Однако, выскользнув из пальцев Гатса, он начинает падать, и Гриффит в последний момент протягивает ему руку помощи, спасая от смерти. Но из-за того, что изувеченная рука Гриффита едва не отрывается под весом товарища, Гатс вынужден отпустить ее и упасть вниз.

Встретив Гриффита на жертвенном алтаре, чтобы отринуть его сомнения, Убик решает показать ему моменты прошлого, формирующие его личность. Он стремится снять ту пелену, которую Гриффит наложил на себя еще с детства и которая помогала ему пройти столь кровавый путь в здравом сознании. Это покажет, что Гриффит сам прятал от себя истину, а Убик лишь убрал эту преграду, мешающую сделать хоть какой либо выбор.

С самого детства на узких улочках каменного лабиринта Гриффит возжелал свободы, и замок стал для него тем самым священным куском хлама. Убик лишь вытаскивает наружу то, что уже давно заполнило его душу. Этот образ был не просто мечтой о власти, а единственным способом для нищего мальчика из трущоб доказать, что его жизнь имеет значение. Это была попытка убедиться, что он не очередная песчинка в грязи под ногами знати.

Но путь к этой мечте с самого начала был залит кровью. Гриффит это понимал и все равно шел вперед, убеждая себя, что никого не принуждает идти за собой и потому не несет ответственности за чужой выбор. Заставляя себя быть циничным, он пытался сводить чужие смерти к неизбежной части пути и прятал всю их грязь за мотивами своей мечты. Гриффит жертвовал своими солдатами и глубоко сожалел, но продолжал закрывать глаза, оправдываясь тем, что делает это ради высшей цели. При этом он постоянно искал для себя все новые оправдания, чтобы заглушить голос совести. Когда вина становилась совсем невыносимой, он закрывал глаза и пытался отгородиться от реальности, но открывая их, видел лишь новые жертвы и снова прятался в темноте своих ладоней.

Он ясно осознавал, что этот путь пропитан их кровью, и именно это лишало его возможности остановиться. Для живых он делал все, что было в его силах, даже жертвуя собственным телом, но с мертвыми все было иначе. Он уже не мог привести их к замку и к свободе, не мог дать им то самое будущее, ради которого они шли за ним и умирали ради него. Единственное, что ему оставалось в этой ситуации, это довести свой путь до самого конца и придать их смертям смысл своей победой.

Раскаяние было невозможно. Признав вину, он бы автоматически признал, что весь его путь был огромной ошибкой. Это означало бы, что все принятые ранее решения и все принесенные жертвы оказались напрасны. Для Гриффита подобный шаг означал бы предать память павших окончательно и бесповоротно.

Образ ребенка был выбран Убиком совсем не случайно. Он символизирует истинную невинность и полную незапятнанность личными иллюзиями. Именно такая форма позволяет увидеть правду такой, какая она есть на самом деле, без лишних прикрас и сложных оправданий.

Теперь, уже окончательно осознавший свой путь и всю глубину собственной ответственности, понимая, что каждый шаг Гриффита был буквально пропитан жертвами, он становится готов сделать свой финальный выбор

Проснувшийся ото сна Гриффит, бесконечно возносящийся к замку и уже сложивший десятки тысяч трупов на своем пути, слышит правду. Он действительно может остановиться прямо сейчас. Все те, кто когда-то шел вместе с ним, все крылья Сокола и каждое перышко, одно за другим в самом конце его кровавого пути простят его. Они вовсе не будут ненавидеть его за этот выбор и за те тысячи смертей их собратьев. Они лишь с искренней теплотой примут его обратно. Вверив этим людям свое израненное тело, он сможет просто продолжить жить дальше.

Однако в этой ситуации есть одно важное но, ведь бесплатной цены не существует. За абсолютно каждое решение, независимо от итогового выбора, Гриффиту в любом случае придется заплатить свою цену.

В обмен на тихую мирную жизнь среди самых дорогих для него людей придется похоронить все прошлое. Каждую смерть, весь пройденный путь, свои прежние качества и ориентиры, которые толкали его на решения, придется навсегда похоронить под руинами своей мечты.

Войд продолжает свой монолог словами:

"Это жестокая милость бога, рожденного человеком"

Тем самым подразумевая, что даже когда он полностью сломал тебя, у тебя все еще остается выбор.

Но даже если после всех этих слов в его глазах замок ослепительнее чего бы то ни было. Ему нужно нагромоздить их, взять все что у него осталось и призвать в своем сердце жертвоприношение.

Завершая свой монолог словами:

"Если такова логика, что судьба превосходит человеческий разум и превращает детей в свои игрушки...

...то причина и следствие в том, чтобы ребенок нес свое зло и противостоял судьбе."

Тем самым говоря, что даже когда судьба кажется всемогущей и хочет сломать тебя, Гриффит не обязан оставаться калекой по ее воле. Он все еще имеет шанс действовать, сопротивляться и выбирать свой путь, даже если мир пытается превратить его в игрушку своих жестоких капризов.

Услышав все эти слова, Гриффит не готов все бросить и позволить воле судьбы превратить себя в калеку. Он не готов снова поддаться своим чувствам и разрушить все, как это случилось год назад. Он не готов, подобно Гатсу, выбрать свои личные чувства превыше всего остального. Гриффит не готов похоронить свой путь и память о погибших товарищах, которые уже заплатили тяжелую цену и принесли свои жертвы ради мечты, лишь ради возможности получить безопасное и тихое будущее.

Со словами "я жертвую", Гриффит вместо поражения выбрал борьбу до самого конца, несмотря на свои чувства и страхи.

Вышедшие из его рта слова мгновенно превратились в тонкие нити, оставляющие на всех дорогих ему людях глубокие шрамы, которые больше никогда не зарастут и предвещающие их будущую страшную смерть.

После нанесения меток монстры, уставшие ждать, бросаются на отряд, разрывая и пожирая людей за секунды. Гатс, осознав, что именно этого и пожелал Гриффит, не прекращает свою борьбу и, как и он, идет против судьбы, решившей свести его к роли простого подношения.

На другой стороне, заметив огромный вихрь, Рикерт подходит ближе, чтобы рассмотреть его, и становится свидетелем битвы Рыцаря Черепа и Зодда.

Рыцарь Череп, сражающийся с нечистью уже тысячу лет, оказывается не так готов, как можно было бы ожидать, и знает о них немногим больше, чем Гатс. Но все же он решает попытаться спасти Каску и Гатса, одновременно нанеся удар по Божественной Руке.

И пока Рыцарь Череп тратит время на разговоры с Зоддом, внутри урагана от отряда остается лишь жалкая горстка. Каска, застывшая в ступоре, едва не погибает, но Пиппин принимает удар апостола на себя и защищает ее, а Джудо подхватывает ее на лошадь и уносит прочь, сам не зная куда, ведь сбежать оттуда невозможно.

Убегая от демонов, Каска видит гибель Пиппина и Джудо. Джудо умирает молча и не обременяет ее признанием в любви, чтобы не делать свою смерть еще тяжелее. Оставшись одна, Каска в ярости бросается на врагов, но первый же апостол перекусывает ее меч и срывает одежду для изнасилования.

Гатс наносит апостолам легкие раны и продолжает сражаться. Тем временем Гриффит, пронзаемый десятками своих близких, погружается во тьму с заледеневшим сердцем. Достигнув глубин астрального мира, он встречает Идею Зла и обретает свою новую оболочку.

Гатс, находящийся на пределе ярости, с трудом может даже просто царапать их. Находясь на грани смерти, он сбегает от них и находит Гастона, знатно подъебав его насчет левой стороны, Гастон умирает, оставляя Гатса в полном безумии и одиночестве.

В чем заключается подъеб:

(Гатс видя что у Гастона отсутствует левая рука, то кричит ему: You`re all rigth!!!)

Гатс, полностью поддавшийся ярости из-за зверств апостолов над его друзьями, бежит на помощь Каске, которую пытаются изнасиловать. Он терпит неудачу и попадает в ловушку Боркоффа, который кусает его за руку и удерживает на месте.

Но все это останавливает родившийся из глубочайших слоев Гриффит. Услышав стук его сердца, перед своим королем каждый из них склонился.

Рожденный из крови своих самых близких людей, темный король Фемто открывает глаза. Чтобы спасти Каску и создать сосуд для своего перерождения, он насилует ее, а чтобы спасти Гатса и посеять в нем зерно силы в виде ненависти, которая не позволит тому впасть в глубины отчаяния, он делает это на его глазах.

Имея возможность видеть лишь пути к цели и ее бесформенный результат, он не способен осознать полный результат. Зная, что только эти действия спасут их, Гриффит действует без сомнений.

Закончив с Каской и находясь в ожидании их спасения, Гриффит замечает, как Рыцарь Череп, прорвавшийся через Затмение, нападает на Войда. Но тот, чувствуя своего старого друга, лишь перенаправляет удар, не проявляя к нему никакого интереса.

Увидев, что странное существо направляется к нему, Гриффит, используя свои гравитационные способности, пытается сжать Черепа. Но так как у того нет физического тела, сжимаются только апостолы, стоящие рядом.

Но также, заметив, что это существо забрало Гатса и Каску, и поняв, что именно оно должно их спасти, Гриффит останавливает свою руку и новый удар, готовящийся для Черепа.

И под возгласы Слан Рыцарь Череп уводит их прочь.

"Наступает время тьмы."

"Зло поглотит святость."

"Иллюзии материю."

"Ненависть любовь."

"Мертвые живых."

"Злоба надежду."

"Эпоха, когда вся тьма превосходит свет."

"Впоследствии люди назовут эту эпоху… Эпохой Тьмы."

Вырвавшись из кровавого урагана Затмения, Рыцарь Череп доставил израненных Гатса и Каску к Рикерту, чтобы тот позаботился о них. Пока Рыцарь сдерживал восстановившего своего силы Зодда, тот, пораженный тем, что Гатс выжил в бойне, в итоге отступил. Позже Рыцарь Череп направляет выживших в убежище, защищенное эльфийской магией, ведь только в таких местах мертвецы и духи не могут настигнуть помеченных клеймом жертв.

В ту же ночь, на границе Мидланда отряд Рыцарей Святой Железной Цепи, согласно своим святым писаниям следуют проверить озеро. Прийдя, как и было сказано:

"Когда солнце умрет пять раз..."

"К Западу от города с одновременно старым и новым названием появится красное озеро."

"Как доказательство, что на землю сойдет пятый ангел."

"Этот ангел - Сокол Тьмы. Повелитель грешных черных овец, король слепых белых овец. Тот, кто погрузит мир в эпоху тьмы."

Осознав важность предсказания, отряд отправляется на поиски Сокола Тьмы. Их цель заключается в том, чтобы сразить его и не позволить ему окончательно уничтожить этот мир.

Спустя четыре дня, придя в себя, Гатс первым делом требует позвать Каску. Но та полностью потеряла рассудок из-за пережитого ужаса и теперь ведет себя словно ребенок, доверяя лишь одной маленькой Эрике. Видя перед собой лишь пустую оболочку своей былой любви и верного боевого товарища, Гатс в полном отчаянии решает бежать.

Убежав от всей боли воспоминаний, он снова встречает Рыцаря Черепа.

Объявляя войну всей нежити, он открывает охоту на каждого из них. Однако за беззащитной Каской теперь тоже ведут постоянную охоту, и отряд вынужден отправиться ей на помощь.

На холме, под вихрем вращающихся духов, рождается сосуд для Гриффита. Из-за насилия Гриффита над беременной Каской их нерожденный плод инстинктивно принял форму зла, становясь новым воплощением для Сокола, при этом оберегая и защищая мать. Прощаясь с ними, Рыцарь Череп снова покидает Гатса.

Годо и Рикерт создают для Гатса броню, оружие и железную руку, оснащенную арбалетом и пушкой. Но на его след уже выходит апостол, желая доесть начатое. В сражении с ним Гатс ломает свое снаряжение и на грани отчаяния находит новый клинок, огромный и похожий больше на кусок железа, чем на обычный меч.

Убив своего первого апостола, Гатс отправляется в бойню, которой не будет конца. Эта бесконечная война будет приносить лишь боль, как физическую, так и ментальную. Она заставит его жертвовать своим телом и эмоциями все больше и больше с каждым новым шагом.