Nelly Furtado — «Whoa, Nelly!» 🅴 (2000)
«Whoa, Nelly!» Нелли Фуртадо — из тех альбомов, которые задумываются как эффектный, ранний прорыв — пластинка, после первого прослушивания которой хочется воскликнуть: «ну ничего себе». Уже с самого начала ясно, что Фуртадо — дерзкий автор: она не стесняется обнажать эмоции, берётся за сложные мелодические линии и раздвигает жанровые границы так, что значительная часть альбома звучит как фолк-поп с оттенками босса-новы, упакованный в продакшн, будто рассчитанный на TLC.
Очевидно, перед нами музыкант с крупными, серьёзными амбициями. Об этом говорят и её откровенные тексты, и особенно манера пения. Фуртадо — беспокойная вокалистка: она легко срывается в скэт, стремительно проговаривает повторы, гнёт ноты, часто увлекается мелизмами. Именно это делает её приобретённым вкусом — её неутомимая вокализация порой затмевает хуки, которые, тем не менее, в песнях присутствуют.
Когда начинаешь ценить (или хотя бы понимать) её причуды, «Whoa, Nelly!» раскрывается как щедрый на идеи и многообещающий дебют, пусть и не без изъянов. Большинство этих изъянов проистекает из наивности: стремление слишком усердно продавливать оригинальность — будь то в скрещивании жанров или в текстах, которые временами звучат немного по-студенчески в своём самоанализе. Причём это не отдельные эпизоды — эти черты вплетены в сами песни.
Можно раздражаться на эти особенности, а можно очароваться ими, вспомнив, что это первый альбом, и разглядеть талант, который уже тогда был очевиден. Многие её сочетания попа, фолка, танцевальной и латинской музыки притягательны; у неё есть чутьё на сильный поп-хук (особенно в «On the Radio», «Well, Well» и «Turn Off the Light»); её образность бывает выразительной; чувство юмора — искромётным; а когда она не увлекается чрезмерной вокальной экспрессией, она проявляется как изобретательная, обаятельно эксцентричная певица.
Именно эти качества остаются после первого, слегка ошеломляющего прослушивания «Whoa, Nelly!» — и именно они заставляют задуматься, куда она пойдёт дальше.
© Stephen Thomas Erlewine /TiVo