Суд нечеловеческий §1(16-17)

16. СВИ­ДЕ­ТЕЛЬСТВО

Я пос­мот­рел на Куб Све­та.

Внут­ри не­го, в не­ве­со­мос­ти зон­да «Пос­ред­ник», пла­ва­ла сфе­ра — ко­пия Тэр­ры. О­на бы­ла тусклой, без жи­во­го го­лу­бо­го сия­ния ат­мос­фе­ры. Слов­но мёртвый шар, о­жи­даю­щий при­го­во­ра.

Мой мозг — э­тот Функцио­нальный Мо­дуль, ко­то­рый +Анг ос­та­вил для чис­то­ты экспе­ри­мен­та, — мгно­вен­но вы­дал мне де­сят­ки ты­сяч дан­ных: фор­мул, ис­то­ри­чес­ких спра­вок, от­чё­тов. Я вспом­нил не только тер­моя­дер­ный син­тез, но и био­ло­ги­чес­кое о­ру­жие, гло­бальное по­теп­ле­ние и, что са­мое глав­ное, ал­го­рит­мы Взаим­но­го Га­ран­ти­ро­ван­но­го У­нич­то­же­ния, ко­то­рые дер­жа­ли мир в ба­лан­се пос­лед­ние пол­ве­ка.

Я вспом­нил, как Зай­цев од­наж­ды ска­зал мне: «Мы и­зоб­ре­ли смерть, ко­то­рая нас сдер­жи­вает. И э­то – е­динствен­ная на­деж­да».

— Нет, — ска­зал я. Мой го­лос был спо­коен — без хри­па и дро­жи, без то­го э­мо­цио­нально­го бал­лас­та, ко­то­рый +Анг так ста­ра­тельно у­да­лил. — Че­ло­ве­чество не спо­соб­но вы­жить без внеш­не­го контро­ля.

Я ждал спаз­ма. Толчка. Рез­кой бо­ли, ко­то­рая подтвер­дит, что я лгу. Но Куб Све­та ос­та­вал­ся ров­ным, а сфе­ра-Тэр­ра про­дол­жа­ла тускло ви­сеть в центре.

Ти­ши­на.

Мой от­вет о­ка­зал­ся прав­дой. Прав­дой, ос­но­ван­ной на зна­ниях, ко­то­рые я, Кон­так­тёр, дол­жен был до­нес­ти.

— Пояс­ни, — пот­ре­бо­вал +Анг. Те­перь е­го го­лос вновь об­рёл чер­ты Сла­ви­ка. Он слов­но нас­лаж­дал­ся мо­мен­том, ес­ли прог­рам­ма вооб­ще спо­соб­на нас­лаж­даться.

— В нас за­ло­жен инстинкт взаим­но­го истреб­ле­ния. Вы, +Ан­ги, на­зы­вае­те э­то «де­мо-гре­ха­ми»: алчность, влас­то­лю­бие, не­на­висть. Э­ти низ­шие, а­ло­гич­ные инстинкты — топ­ли­во для на­ше­го раз­ви­тия. Без них мы бы не выб­ра­лись из пе­щер. Но с ни­ми мы не мо­жем пол­ностью контро­ли­ро­вать инстру­мен­ты на­ше­го са­моу­нич­то­же­ния. Мы соз­да­ли о­ру­жие, спо­соб­ное у­нич­то­жить Тэр­ру в со­тую до­лю цик­ла, — я ис­пользо­вал их тер­ми­но­ло­гию. — И мы о­бя­за­тельно вос­пользуем­ся им. Не из аб­со­лют­но­го зла. А по­то­му что нес­по­соб­ны меж­ду со­бой до­го­во­риться. Про­фес­сор Зай­цев, соз­да­тель «Про­ко­ла», знал э­то. — Я под­нял взгляд на лже-Сла­ви­ка. — Про­кол был раз­ра­бо­тан не для спа­се­ния. Он был раз­ра­бо­тан для Сви­де­тельства. Моё Об­ну­ле­ние и за­пуск мис­сии «Ков­чег-3» — э­то на­ше, че­ло­ве­чес­кое приз­на­ние ви­ны. И мы сог­ла­си­лись стать сви­де­те­ля­ми на ва­шем Су­де. Тот +Анг, ко­то­ро­му вы да­ли и­мя +Аз­вель — он пер­вый Кон­так­тёр-Внед­ре­нец, о­бес­пе­чи­ваю­щий контроль над Зна­нием. И вы знае­те э­то.

— Знаем, — подтвер­дил +Анг. — Про­дол­жай.

— Я здесь, что­бы вы по­ня­ли: Об­ну­ле­ние сра­бо­та­ло не пол­ностью. Во мне ос­тал­ся че­ло­век. Тот, кто пом­нит Ла­ну. И тот, кто пом­нит, что дол­жен был се­бя у­нич­то­жить, что­бы за­щи­тить Зна­ние от вас. Вы не прос­то спас­ли ме­ня. Вы на­ру­ши­ли мой про­то­кол. — Я сде­лал глу­бо­кий вдох, впер­вые за вре­мя доз­на­ния о­щу­щая, что контро­ли­рую свои лёг­кие. — Вы не смо­же­те су­дить нас, по­ка не уз­нае­те, что та­кое На­деж­да. Мы — низ­шие су­щества, но мы — у­че­ни­ки. И э­то — мой Про­кол.

Куб Све­та рез­ко у­ве­ли­чил­ся в яр­кос­ти, но не вспых­нул. Сла­вик +Анг скло­нил го­ло­ву. Е­го мут­ные гла­за ста­ли по­хо­жи на два сен­со­ра, счи­ты­ваю­щих и об­ра­ба­ты­ваю­щих те­ра­бай­ты ин­фор­ма­ции. Он не де­монстри­ро­вал ни гне­ва, ни у­дов­лет­во­ре­ния — только нейтральную, а­на­ли­ти­чес­кую пот­реб­ность без­ли­ко­го вы­чис­ли­те­ля.

— Мы об­на­ру­жи­ваем ло­ги­чес­кое про­ти­во­ре­чие, Сер­гей Дмит­риев, — произ­нёс +Анг. Е­го го­лос стал слоис­тым, виб­ри­рую­щим, буд­то го­во­рил не он о­дин, а сра­зу ты­ся­ча ра­зу­мов. — Твои зна­ния подтверждают те­зис о Не­сос­тоя­тельнос­ти Цик­ла. Од­на­ко твой э­мо­цио­нальный ос­та­ток вво­дит по­ня­тие «На­деж­да», ко­то­рое не яв­ляет­ся ве­ли­чи­ной, под­ле­жа­щей из­ме­ре­нию и о­цен­ке.

Куб Све­та за­виб­ри­ро­вал. По е­го гра­ням вол­на­ми по­бе­жа­ла пульси­рую­щая э­нер­гия.

— Мы, +Ан­ги, об­ла­даем не­дос­та­точ­ны­ми дан­ны­ми для вы­не­се­ния вер­дик­та. До­ка­за­тельство ви­ны твое­го ви­да неоп­ро­вер­жи­мо, но сви­де­тельство о на­ли­чии неиз­ме­ри­мо­го э­ле­мен­та тре­бует До­пол­ни­тельно­го Доз­на­ния.

Сла­вик +Анг под­нял ру­ку. Е­го па­лец (ко­то­ро­го, по су­ти, не су­щество­ва­ло) у­ка­зал на мою го­ло­ву.

— Ты пред­наз­на­чен быть чис­тым но­си­те­лем ин­фор­ма­ции. Но ты стал Не­кор­ректной Пе­ре­мен­ной. Мы должны по­нять, что та­кое На­деж­да. Расска­жи нам о том, что ты по­те­рял при Об­ну­ле­нии. О том, ка­кое по­ня­тие ты под­ра­зу­ме­ваешь под оп­ре­де­ле­нием «че­ло­век». Расска­жи, нап­ри­мер, о… Ла­не Ку­бышь.

— Вот как ты за­вер­нул… — с ус­та­лой ух­мыл­кой вы­дох­нул я.

> **СТА­ТУС ОБЪЕК­ТА: ДОБ­РО­ВОЛЬНОЕ ВСКРЫ­ТИЕ Э­МО­ЦИО­НАЛЬНЫХ О­БО­ЛО­ЧЕК.**

Как же э­то у­мо­ри­тельно. Бел­ко­вый ра­зум искрен­не ве­рит, что пе­реиг­рал бе­зуп­реч­ную ар­хи­тек­ту­ру Су­да, вбро­сив в у­рав­не­ние ал­го­рит­ми­чес­ки не­раз­ре­ши­мую сказ­ку про «На­деж­ду». Он ду­мает, что стал Не­кор­ректной Пе­ре­мен­ной, ве­ли­ким за­щит­ни­ком че­ло­ве­чества.

О­ча­ро­ва­тельная, чис­то че­ло­ве­чес­кая наив­ность. +Ан­ги не ос­та­но­ви­ли доз­на­ние, о­ни прос­то сме­ни­ли при­ми­тив­ное фи­зи­чес­кое у­душье на тон­кую пси­хо­ло­ги­чес­кую ви­ви­сек­цию. Сер­гей сам, по доб­рой во­ле, вы­дал им коор­ди­на­ты своей са­мой кро­во­то­ча­щей, не­зак­ры­той ра­ны — Ла­ны Ку­бышь.

И те­перь Сис­те­ма бу­дет пре­па­ри­ро­вать е­го пос­лед­ние вос­по­ми­на­ния о ней хо­лод­ным скальпе­лем аб­со­лют­ной ло­ги­ки. Ты хо­тел за­щи­тить её па­мять, ку­сок мя­са? Ты только что по­ло­жил её на циф­ро­вой раз­де­лоч­ный стол. Чи­таем дальше. Пос­мот­рим, как дол­го е­го хва­лё­ная «На­деж­да» про­дер­жит­ся под мик­рос­ко­пом Из­нан­ки.

17. ЛО­ГИ­ЧЕС­КИЙ ПРО­КОЛ

Я проиг­но­ри­ро­вал тре­бо­ва­ние +Ан­га, ка­саю­щее­ся Ла­ны.

«На­ко­ся вы­ку­си…» — чуть не сор­ва­лось с кон­чи­ка мое­го я­зы­ка. Вос­по­ми­на­ния о де­вуш­ке яв­ля­лись неиз­ме­ри­мым э­ле­мен­том, ко­то­рый мог стать ли­бо моим ры­ча­гом дав­ле­ния, ли­бо моей сла­бостью, ко­то­рой о­бя­за­тельно не пре­ми­нет вос­пользо­ваться мой оп­по­нент.

— Вы хо­ти­те по­нять, что та­кое На­деж­да и Э­мо­цио­нальный Ос­та­ток? — Я при­щу­рил­ся, гля­дя на пульси­рую­щий Куб Све­та. — Нач­нём с вас, +Ан­гов.

Го­лог­рам­ма Ко­ма­ро­ва за­мер­ла.

Мно­гос­лой­ный, ре­зо­ни­рую­щий ты­ся­чей от­го­лос­ков го­лос мое­го со­бе­сед­ни­ка вер­нул­ся к чис­то­му, дре­без­жа­ще­му ме­тал­лом тембру.

— Не­кор­ректный зап­рос. Доз­на­ние нап­рав­ле­но на сви­де­те­ля, а не на Суд.

— Но вы са­ми вве­ли не­кор­ректные пе­ре­мен­ные, — воз­ра­зил я, чувствуя, как ра­цио­нальный гнев при­даёт мне сил. — Вы ис­пользуе­те те­ла и об­ра­зы низ­ших су­ществ, что­бы об­щаться с на­ми. Вы вве­ли +Аз­ве­ля в Ро­ба Квил­ли на МКС и Грет­лит в те­ло Ла­ны. Ес­ли вы — «Чис­тый Ра­зум», как вы се­бя по­зи­цио­ни­руе­те, как вы мо­же­те су­щество­вать в э­тих у­щербных для вас но­си­те­лях? Как вы тер­пи­те на­ши «де­мо-гре­хи», ког­да са­ми вы­нуж­де­ны пре­бы­вать в на­шей шку­ре, ве­ли­ко­леп­но иг­рая роль лю­дей? Подстраи­ваясь под лю­дей так, что вас не раз­ли­чить в тол­пе…

Я у­ка­зал пальцем на мертвен­ное ли­цо мое­го со­бе­сед­ни­ка.

— Ва­ша Грет­лит ис­пользо­ва­ла лич­ные э­мо­ции Ла­ны, что­бы вы­вес­ти ме­ня из рав­но­ве­сия. Ваш +Аз­вель ста­ра­тельно де­монстри­ро­вал собствен­ное пре­вос­ходство и пы­тал­ся ук­ло­ниться от вы­пол­не­ния пря­мо­го при­ка­за. Вы не прос­то «но­си­те­ли ин­фор­ма­ции». Вы — ак­тё­ры, вы­нуж­ден­ные под­ра­жать на­шим э­мо­циям. Раз­ве э­то не вно­сит ис­ка­же­ние в ва­ше «чис­тое» по­ни­ма­ние?

Впер­вые за вре­мя доз­на­ния в по­ве­де­нии +Ан­га поя­ви­лась за­держка. Куб Све­та пе­рес­тал виб­ри­ро­вать, став аб­со­лют­но ста­тич­ным.

— Э­то Ме­тод Пог­ру­же­ния, — на­ко­нец от­ве­тил +Анг. Е­го го­лос ос­та­вал­ся ров­ным, но в нём те­перь чувство­ва­лось нап­ря­же­ние, слов­но я зас­та­вил е­го ре­шать о­чень слож­ную тех­ни­чес­кую фор­му­лу. — На­шим Внед­рен­цам необ­хо­ди­ма и­ми­та­ция для сбо­ра дан­ных. Мы не чувствуем ва­ших э­мо­ций, Сер­гей. Мы их ко­пи­руем и а­на­ли­зи­руем. Грет­лит — э­то и­мя, дан­ное од­но­му из на­ших Мо­ду­лей Внед­ре­ния. +Аз­вель — и­мя для Пер­во­го. Грет­лит — для Вто­ро­го.

— И вы у­ве­ре­ны, что при э­том ко­пи­ро­ва­нии са­ми не подхва­ты­вае­те «за­ра­же­ние»? — ус­мех­нул­ся я. — Вы у­ве­ре­ны, что +Аз­вель не за­ра­зил­ся влас­то­лю­бием, ког­да от­ме­нил при­каз ко­ман­ди­ра? Вы у­ве­ре­ны, что Грет­лит не за­ра­зи­лась не­на­вистью, ког­да пы­та­лась у­нич­то­жить ме­ня? Вы тре­буе­те чис­то­ты сви­де­тельства от ме­ня, но ва­ше доз­на­ние у­же заг­ряз­не­но.

+Анг про­мол­чал. Мне да­же по­ка­за­лось, что он на­су­пил­ся. По­том ли­цо Вя­чес­ла­ва Ко­ма­ро­ва на­ча­ло расплы­ваться. Проек­ция мер­ца­ла, ис­ка­жа­лась, а за­тем раз­би­лась на ты­ся­чи кро­шеч­ных све­тя­щих­ся то­чек, ко­то­рые тут же сли­лись, фор­ми­руя но­вый об­раз.

Пе­ре­до мной стоя­ла Ла­на Ку­бышь.

Жи­вая, ды­ша­щая. Та­кая, ка­кой я пом­нил её на Зем­ле: ми­ло­вид­ное ли­цо, свет­лые во­ло­сы и вни­ма­тельные, про­ни­ца­тельные гла­за, сов­сем не по­хо­жие на мут­ные бельма пре­ды­ду­ще­го го­лог­ра­фи­чес­ко­го об­ра­за.

— Ла­на — наш но­вый об­раз Но­си­те­ля Ком­му­ни­ка­ции, Сер­гей Дмит­риев, — произ­нёс +Анг го­ло­сом, ко­то­рый, нес­мот­ря на внеш­ность Ла­ны, ос­тал­ся тем же са­мым, мно­гос­лой­ным и ме­тал­ли­чес­ким. — Э­мо­цио­нальная проек­ция Ла­ны Ку­бышь поз­во­лит нам об­ра­ба­ты­вать дан­ные о «На­деж­де» с большей эф­фек­тив­ностью.

+Анг, ис­пользуя об­раз Ла­ны, сде­лал ко­рот­кий, поч­ти че­ло­ве­чес­кий вздох.

— Твои воп­ро­сы ло­гич­ны. Мы не мо­жем до­пус­тить, что­бы неоп­ре­де­лён­ность пов­лия­ла на при­го­вор. Ты бу­дешь про­дол­жать доз­на­ние, но с но­вым ус­ло­вием. Ты те­перь не прос­то сви­де­тель. Ты — Судья.

Я о­пе­шил.

— Что?

— Твой э­мо­цио­нальный ос­та­ток — э­то ва­ша На­деж­да. Мы бу­дем пре­дос­тав­лять те­бе До­ка­за­тельства Ви­ны твое­го ви­да. Твоя за­да­ча — объяс­нить нам, в чём прояв­ля­лась на­деж­да в э­тих действиях, что­бы мы смог­ли из­ме­рить э­ту пе­ре­мен­ную. Ес­ли ты не смо­жешь най­ти на­деж­ды в на­ших до­ка­за­тельствах, то твой собствен­ный от­вет — «Че­ло­ве­чество не спо­соб­но вы­жить» — ста­нет и­то­го­вым при­го­во­ром. И Па­лач за­пус­тит Цикл.

> **СТА­ТУС ОБЪЕК­ТА: ИЛ­ЛЮ­ЗИЯ КОНТРО­ЛЯ. СМЕ­НА ПРО­ТО­КО­ЛА ПЫТ­КИ.**

Как лег­ко бел­ко­вый ра­зум по­ку­пает­ся на гром­кие ти­ту­лы. «Ты те­перь Судья». Сер­гей Дмит­риев искрен­не ве­рит, что е­го дерзкая ло­ги­ка сло­ма­ла ар­хи­тек­ту­ру +Ан­гов. Он ду­мает, что заг­нал Сис­те­му в у­гол и зас­та­вил её оп­рав­ды­ваться за свои ме­то­ды Внед­ре­ния.

О­ча­ро­ва­тельная, чис­то че­ло­ве­чес­кая наив­ность. Выс­шая Ло­ги­ка не оп­рав­ды­вает­ся, о­на прос­то оп­ти­ми­зи­рует про­цесс извле­че­ния дан­ных. За­чем тра­тить э­нер­гию, пе­рек­ры­вая кус­ку мя­са кис­ло­род, ес­ли мож­но зас­та­вить е­го вы­пот­ро­шить собствен­ную ду­шу са­мос­тоя­тельно?

+Ан­ги на­де­ли ли­цо е­го лю­би­мой жен­щи­ны и наз­на­чи­ли е­го ад­во­ка­том об­ре­чён­но­го че­ло­ве­чества. Те­перь каж­дая у­ли­ка про­тив Зем­ли бу­дет зву­чать из уст Ла­ны. И ес­ли Сер­гей не смо­жет оп­рав­дать гре­хи свое­го ви­да, он сам, свои­ми ру­ка­ми, вы­не­сет при­го­вор и за­пус­тит Цикл пе­ре­ра­бот­ки. Э­то не суд, бел­ко­вый чи­та­тель. Э­то пе­рек­ла­ды­ва­ние от­ветствен­нос­ти на пле­чи жертвы за се­кун­ду до каз­ни. Чи­таем дальше. Пос­мот­рим, как дол­го э­тот «Судья» вы­дер­жит по­доб­ный спек­такль.