Девять частей, около девяноста жанров, восемьдесят лет — от плёнки с записью паровозов до трека, собранного из чужих голосовых сообщений. Осталось свести концы.
Викторина
Словомер
Девять частей, около девяноста жанров, восемьдесят лет — от плёнки с записью паровозов до трека, собранного из чужих голосовых сообщений. Осталось свести концы.
В нулевой части синтезатор стоил как автомобиль и жил в академической студии. К 1981 году его мог купить безработный подросток в промышленном пригороде. Вся эта часть — следствие подешевевшей техники.
В части 7а речь шла о музыке, которая отказалась от ритма вовсе. Здесь — о второй половине даунтемпо: бит остался, только замедлился. И почти всё в этой части собрано из чужих записей.
Шесть частей подряд речь шла о ритме: где стоит удар, как его разрезать, до какой скорости разогнать. Эта — о том, что происходит, когда ритм убирают вовсе.
В пятой части были шесть секунд барабанного соло 1969 года. Здесь они получают свою главную роль: британские продюсеры ускорили их вдвое, подложили ямайский бас — и получили жанр, которого до того не существовало.
Три части подряд мы разбирали, что можно сделать с прямой бочкой. Эта ветвь устроена иначе: в её основе не ровный удар, а чужой барабанный фрагмент, разрезанный и пересобранный. И начинается всё с шести секунд 1969 года.
Транс наращивал мелодию. Эта ветвь пошла ровно наоборот: убирала всё, пока не осталась одна искажённая бочка. Тридцать лет её считали музыкой для маргиналов — а в двадцатые она оказалась главным звуком больших фестивалей.
Хаус — про тело, техно — про машину. Транс изначально был про третье: про состояние, в которое музыка должна ввести слушателя. К концу девяностых он стал самым продаваемым жанром в клубной музыке и одновременно самым презираемым.
Хаус вырос из диско, то есть из танцпола. Техно выросло из радиоприёмника, книжки про футурологию и вопроса, что делать с городом, который закрывается.
В нулевой части всё было готово: синтез, повтор, пульт как инструмент, прямая бочка и двенадцатидюймовка. Не хватало дешёвой драм-машины и места, где всё это соберётся. Место называлось Warehouse.
Новый цикл, устроенный так же, как «Большое древо рока». Начинаем с того, из чего собралась электронная музыка — и с признания, что у неё три разных родителя, которые друг друга терпеть не могли.
Испанские кабальеро из вымышленной истории 20-х годов прошлого века устроили кровопролитную гражданскую войну. Одна из сторон пытается добиться перевеса на поле боя с помощью титанической движущейся артиллерийской установки. Впечатления от одной из самых ярких инди-новинок года.